— Тогда я перестану с тобой общаться, умру от тоски и сделаюсь призраком. Стану каждый вечер приходить к тебе в спальню и печально вздыхать у изголовья.
— Жуть какая.
— Вот-вот. Самому не хочется. Так что прекращай панику: всё ты решишь, это я тебе как учитель говорю.
К сожалению, ценность разумных доводов как успокоительного средства обычно не очень велика. Утром последнего дня перед экзаменом Велесов так и не смог заставить себя толком позавтракать: организм со скрипом принимал даже пустой чай. Хорошо, что папа с мамой были на работе, иначе тоже распереживались бы. Промаявшись до обеда, Костя решил выйти на улицу и слегка развеяться. Можно было бы позвонить Анечке с Марьяной и позвать их составить компанию, но тогда разговоры крутились бы исключительно вокруг математики, отчего пропадал весь отвлекающий смысл прогулки. Так что Велесов сменил футболку на светлую рубашку с длинным рукавом, скрывающую шрамы на предплечье, и отправился в одиночку бродить по жаркому, полному тополиного пуха городу.
Он собирался просто прогуляться, без особенной цели, но стоило голове отключиться, как ноги сами потянули его по вызубренному за учебный год маршруту. Очнулся Костя только войдя в прохладу уже почти родного второго подъезда дома № 96.
— Константин? Что-то случилось? Мы же договаривались сделать сегодняшний день выходным.
— Ага, — Костя нервно хрустнул костяшками пальцев. — Только я подумал: может, всё-таки лучше ещё раз повторить?
— Перед смертью не надышишься, — проворчал Кай Юльевич. — Заходи, раз уж пришёл.
— А вы чем-то важным занимались?
— Да так. Темы для поступления повторял.
— В аспирантуру? Будете восстанавливаться? — Костя прошёл в комнату и с любопытством заглянул в лежащий на краю стола потрёпанный листочек. «Понятие метрического пространства, полные метрические пространства, компактность. Теорема Больцано-Вейерштрасса. Принцип сходимости Коши»*. Ужас какой. Кто все эти люди, вообще?
— Буду, пока с вами мозги совсем не заржавели.
Костя тихонько вздохнул: ну вот, он поступит в политех, Кай Юльевич вернётся в МГУ, и всё закончится.
— Не вздыхай так, телефонную связь ещё никто не отменял. Плюс выходные и каникулы.
— Ага, — чтобы поступить, надо пройти по конкурсу на вступительных, для чего нужен аттестат, для чего нужно сдать завтрашний экзамен. Приплыли.
— Чай будешь? — судя по интонации математика, от него не ускользнула логическая цепочка, выстроившаяся у Велесова в голове.
— Нет, спасибо. Давайте лучше что-нибудь порешаем.
— Константин, ты меня пугаешь, — Кай Юльевич подошёл совсем близко и снизу вверх заглянул Косте в лицо. — Я тебе говорил, что ты справишься?
— Говорили.
— Отвлекаться пробовал? Книжку там читать, телевизор смотреть?
— Не могу, от всего воротит.
— Так-с, — учитель отступил на шаг назад, задумчиво смерил Костю взглядом с головы до ног. — Конечно, может только усугубить, — пробормотал он себе под нос. — Но если нет…
— Что может усугубить? — навострил уши Велесов, однако Кай Юльевич предпочёл действие пустопорожней болтовне.
Этот поцелуй оказался настойчивым. Кай обычно был деликатнее, и, как казалось Косте, до сих пор не всегда до конца верил, что всё происходит на самом деле. Но смена характера поцелуев оказалась чертовски приятной. Настолько, что к обычным мурашкам вдоль позвоночника добавился сладко-тугой узел под солнечным сплетением. Этот узел спускался всё ниже и ниже, тяжелея с каждой секундой, с каждым лёгким укусом за нижнюю губу.
— Ах-х! — Костина рубашка больше не была заправлена в брюки, более того: далеко не все пуговицы на ней оставались застёгнутыми. Шаг назад, ещё один — и под колени упёрся край дивана, на который они дружно рухнули.
КР-РАК!
— Ой, мама! — Костя почувствовал, как проваливается вниз.
Парочка замерла в совершенно нелепом положении. Секунду они ошалело смотрели друг на друга, а потом Кай слитным движением поднялся на ноги. Окинул взглядом место происшествия, скривился и объявил: — Всё, разврата не будет. Мы сломали диван.
Вот этого Костя уже не выдержал и громко, истерично расхохотался.
— Смейся, смейся, — мрачно прокомментировал Кай. — А мне, между прочим, спать теперь не на чем.
Велесов в последний раз шумно всхлипнул и тоже принял вертикальное положение. Посмотрел на пострадавший предмет мебели: похоже, сломалась одна из широких щитовых реек.
— Может, её как-то гвоздями скрепить можно?
— Может и можно, только где я тебе гвозди найду? Попробую книги подложить — по идее, должны удержать.
— Механизм раскладывания цел, — Костя продолжил осмотр дивана, пока математик рылся в платяном шкафу в поиске минимально необходимых ему в ближайшее время книг. — Если действительно получится подпереть чем-то снизу, то мебелью даже можно будет пользоваться.
— В самом крайнем случае возьму у родителей раскладушку, — Кай наконец-то определился с составом подпорки. — Помогай!
Вдвоём они кое-как запихали книги под сломанную рейку.
— Ну-с, кто пробовать будет? — Кай и Костя переглянулись и синхронно сели на диван.
— Вроде не падает, — Велесов осторожно поёрзал.