– А так и будем, чеченец. Пусть твой нукер девку выводит. Прямо сюда. А моя братва вашего сокола подгонит. Ну, а мы с тобой, как гаранты, здесь постоим. Ты же, моряк, сто пудов под килем, где-нибудь стрелка на меня подсадил?
– Мы – воины, ты и я, – с высокопарной гордостью произнес Рустам. – Воин с воином договорится. Без обмана обменяем.
Кошкин еще больше насторожился. Он не верил этим словам. Хороший воин всегда готов ко лжи и хитрости. Хороший воин никогда не верит врагу. Вася, будто невзначай, почесывая щеку, поднял шлем до уровня плеча, чтобы прикрыть им голову. Рустам усмехнулся – русский ему попался правильный. Редкая штука – правильный русский на этой войне. Он подал знак, и Ахмет, выйдя из-за камня, подхватил Марию под мышки и встряхнул, как пустой мешок.
– Твои люди ее испортили? – спросил Кошкин гневно…
– Мои люди – мусульмане. Они не портят неверных. Они – не ваше кобелье племя, – ответил Рустам, насмешливо посмотрев прямо в глаза Васе. Вроде бы по всему правильный русский, но настоящий мужчина не потеряет из-за женщины, из-за девки лица.
«Ах ты, сука. Сука. Знал я вашу чистоту», – так и закипала в подполковнике кровь, но он сдержался, все должно было пройти мирно, а чеченцы не прощали неосторожных слов. Не хотелось получать подарков в спину. Хорошо, если пуля. А как из РПГ шмальнут с досады?
– Если портили, проблемы у Ютова будут очень большие. Вот, – только и сказал он, проведя по горлу рукой, но мерзавец в ответ лишь улыбнулся сахарным ртом.
«Откуда у них такие зубы? Жесткая ведь вода, да и жрут, небось, как попало…» Он дал отмашку, и Сундук потащил за собой Соколяка.
– Лицо пусть откроет! – потребовал Рустам.
– Сперва иностранку. Я государев человек, мне проблемы не надобны.
Чеченец согласился – это было логично. По понятиям. Ахмет подхватил Марию, и легко, как свернутый коврик, донес вниз. Кинул к ногам Кошкина.
– Целка, – бросил он в лицо Васе и зыркнул с ненавистью. – Недотрога.
– Пусть он уйдет, – сказал подполковник Рустаму сквозь зубы. – Пусть уйдет, или мы падем здесь за дерзкий язык смертью храбрых.
Тот понял. В этом он верил русскому, потому что русский оказался правильный. Он крикнул что-то резкое и повелительное Ахмету, и тот, побелев, молча, спиной вперед, пошел в гору, то и дело передергивая затвор автомата.
По приезде в Моздок Феретти показали врачу, который констатировал у девушки глубокое нервное истощение, сердечную недостаточность и разлад во всей ее женской сфере. Но в госпиталь не взял. Госпиталь был перегружен тяжело раненными, и врачам было не до нервов. Да Вася и не отдал бы Марию, ему надо было срочно возвращаться в Москву. За новой дырочкой в мундире и, возможно, за новой звездочкой!
Начальник визового отдела МИДа Михаил Матвеевич Миловидов жил недалеко от Смоленской площади, у «Парка культуры», но на работу пешком не ходил и не ездил ни на метро, ни на рогатом троллейбусе. С тех пор как он купил права на вождение автомобиля, он подкатывал, несмотря на любые пробки, к высотке на своем вороном коне – «мерседесе» с двумя синенькими бешеными мигалками. Ну нравилось ему, скромному, в общем-то, в быту труженику, подкатывать на «мерсе». Да и запах пота, особенно ощутимый в вагонах метро по лету, он не выносил. Маленький плотный усач вырос в семействе номенклатурном, но трудовом. Избалован не был, родители радели об интеллигентности. Отец заставлял учить языки и историю, мать – выводить толстыми пальцами этюды на клавикордах. Был, правда, и дядя – тот приучал мочалить «бабу» в борцовском зале до седьмого пота. Но, несмотря на этого родственника и на заслуженный по делу значок кандидата в мастера, уже к студенчеству Миловидов развил в себе любовь к изяществу и тонкость обоняния невероятную. Жену он подбирал долго, едва не в ущерб карьере – но чтоб не пахла. Ну и «мерседес» – куда ж в Москве при такой тонкости без «мерседеса».
Вот и в это ноябрьское утро Миловидов отправился на работу на авто. Сделал зарядку, принял душ, легко, по-европейски, позавтракал, поцеловал дремлющую супругу и отправился в гараж. Там он поздоровался со сторожем, проворно отдавшим честь и отворившим ворота, выкатил машину, вышел и прошелся вокруг нее. Хороша. Но требует ремонта.
