Уже во второй дело идёт гораздо бодрее, а на третий — и азарт появляется, и сноровка.
Почему так? Да всё просто.
Стоит только допустить мысль, что в чужих сундуках лежит твоё собственное добро, как руки сами тянутся исправить вопиющую несправедливость.
Тут главное преодолеть цивилизационный стыд, а природой мы просто созданы для воровства. Потому что каждый из нас — глубоко в душе — достоин всех мировых благ. Вот только окружающие завидуют и к благам не допускают.
И ты думаешь: а почему бы им не заплатить за неуважение? Не поделиться звонкой монетой, дорогим оружием, тканями?
Кругом столько чужого богатства. А чужое — это же ничьё, верно?
Вот потому Шудуру и не давали покоя сундуки проклятого мастера чёрного слова — сиятельного Нишая. И главный колдун готов был сделать всё что угодно, только бы добраться до них.
Когда Шудур в первый раз отправился проверять сундуки проклятого мастера чёрного слова, он убеждал себя, что алчет не богатства, а справедливости.
Ищет не серебро, а драконий меч. Артефакт, необходимый всем людям Вайги, чтобы прорубиться через огненный перевал к богатому городу Туле.
Главный колдун завладеет мечом и поведёт людей в новый и прекрасный мир. И будет править там лучше всякого императора, и уж тем более наместника.
Но проклятый Нишай помешал Шудуру проверить, есть ли в его сундуках меч. Заявился не вовремя, и главный колдун успел разглядеть только шитую золотом и серебром одежду, а под ней ему померещились драгоценные чаши и монеты с печатью императора.
Прекраснейшие чаши и очень редкие монеты. Такие редкие, что Шудур даже себе не признавался, что именно сны о богатстве отняли его сон.
Ну и меч. Он явно был спрятан в каком-то из сундуков! Ведь Шудур видел: Нишай в тот день явился в юрту без меча на поясе!
Сон не шёл. Главный колдун метался на мягком ковре, споря сам с собой. И сам же себя убеждал — меч здесь! Ну и монеты… Их тоже обязательно нужно прибрать. На всякий случай.
Да и зачем они Нишаю? Его так и этак убьют — двум наследникам не бывать при живом третьем.
А монеты — очень дорогие. На них можно сделать много дел, угодных Эрлику.
Но сначала — меч. Ведь если он не на поясе Нишая, то в сундуке, верно?
А почему магический слух Шудура не уловил звона драконьей стали, пока он рылся в сундуке мастера печатей? Так проклятый Нишай мог обернуть меч кожей, расписанной заклинаниями!
Странно, что такой дорогой меч лежит в сундуке почти без присмотра? Так ведь именно дорогие вещи легче всего прятать на виду у глупцов!
Никто и не догадается, что в обычном походном сундуке спрятано такое сокровище. Только многомудрый Шудур сумел решить эту загадку, а значит, — сам Эрлик дарит ему удачу!
Шудур убедил себя.
Мысль забрать меч угнездилась в его голове, стала зудеть и пухнуть под чёрной шёлковой шапочкой. Главному колдуну уже казалось, что он чует запах драконьей стали! Вот только как её раздобыть?
С одной стороны Нишай — родственник самого императора, человек уважаемый и опасный. Он заключил союз с терием Верденом, и тот грабежа не одобрит.
С другой — юрту охраняют сейчас всего два мечника.
Правда, это два опытных воина крови дракона. Но они не всесильны и не бессмертны. Их можно опоить, обмануть, одарить, в конце концов.
Последняя мысль Шудуру понравилась. Берёшь хорошенькую рабыню, мажешь ей ядом соски и живот, и к утру у тебя три трупа.
Но что если воины крови дракона не охочи до женщин? Вдруг хитрый Нишай отрезал им всё лишнее, чтобы не отвлекались от охраны?
Шудур заворочался — мягкая шерсть ковра стала нещадно колоть бока.
А может, простые пути — самые верные? Может, стоит прямо сейчас, под покровом ночи, послать в юрту Нишая дюжину найманов, чтобы закололи охранников и принесли сундуки в юрту Шудура?
Но что если поднимется шум? Что если шпионы донесут потом терию Вердену, что главный колдун покусился на имущество выкидыша императорской семьи?
Проклятый Нишай!
Уснул Шудур только к утру, измученный и опустошённый. Идея идеального ограбления так и не пришла к нему.
Не явилась она и днём, и главный колдун спал с лица от раздумий.
Он тщетно искал решение, пока вечером терий Верден, искавший, чем бы уязвить подчинённого, не напомнил ему за ужином про другой меч. Меч сгинувшего где-то княжича Камая.
Шудур подавился куском баранины, и в его взоре сверкнула молния озарения.
Да, меч для левой руки княжича был утерян. Но ведь существовал ещё меч для правой руки. И хранился он в сундуке у самого терия Вердена.
Воспалённый от недосыпа мозг Шудура заработал наконец и родил многоходовку: украсть малый меч, обвинить в этом Нишая и получить разрешение терия Вердена на обыск имущества сиятельного поганца!
А там — малый меч или «найдётся»… Или не найдётся. Уж как будет удобно Шудуру.
Если в сундуках Нишая и в самом деле хранится его собственный драконий меч, обёрнутый в кожу, то Шудур «найдёт» в сундуке короткий, а длинный заберёт себе.
Если же не найдётся… Ну что ж. На перевале сгодится и короткий драконий меч.
Ведь нужен он не для сражений, а для единственного магического удара. И длина тут особенного значения не имеет.
