А потом в её глубине что-то скрипнуло, с вершины посыпались камни, и в горе образовалась узкая расщелина. Встать да растопырить руки — вот и весь проход.
Девушка в испуге отпрянула, налетев спиной на любопытную морду драконицы. Ниса, пользуясь всеобщей сосредоточенностью, подкралась поближе и пристроилась у хозяйки за спиной.
— А телега-то пройдёт? — озабоченно спросил Истэчи.
Он первым сунулся в расщелину, деловито ощупал стены — крепкие ли. Махнул охотникам рукой — разведать бы надо.
Истэчи был простой и надёжный. Хотя и немного смешной со своей телегой.
Охотники и караванщик с длинной палкой полезли вслед за ним осматривать расщелину. Охранники Нишая помялись немного и тоже полезли внутрь горы.
Нёкёр остался. Он косился на дедушку Тина и перебирал амулеты на поясе.
Охотнику хотелось поговорить с шаманом об опасностях похода, но он немного робел. Акаю-Тине был великим шаманом, а Нёкёр — совсем ещё начинающим полководцем.
Шасти подошла и заглянула внутрь расщелины. Дальше проход слегка расширялся, дно его было сухое, песчаное, словно это не гора треснула, а вода ушла с их пути.
Пахло грозой. Где-то далеко аукались охотники, что ушли на разведку.
Девушка подошла к старому шаману.
— Дедушка Тин? — спросила она шёпотом. — Мы не вернёмся, да? Это потому ты не можешь пойти с нами?
Шаман промолчал. Слово — не птица, заденет крылом — не залечишь потом.
— Пройдё-ёт! — радостно заорал Истэчи откуда-то из внутренностей горы. — Только сначала узко, дальше — хорошая дорога! Хо-ро-шо-о!
Эхо подхватило его голос, понесло по лесу. Шасти, пользуясь этим криком, тихонько всхлипнула.
— А Кай? — спросила она шамана. — Он жив?
— В нижнем мире не видел его, — развёл руками дедушка Тин. — А в верхнем — попробуй-ка, догони.
Шасти кивнула, задумчиво покопалась в поясной сумке, где хранила магические вещицы и элексиры. Она уже искала варианты, но безуспешно.
И только сейчас её осенило — с мужем пошёл Нишай, а он — опытный колдун. Не может такого быть, чтобы не существовало способа с ним связаться.
Хотя бы на миг увидеть Кая, согреть сердце. Ведь больше они, может быть, не увидятся никогда.
Время было — охотники ушли вглубь горы на разведку. А мальчишки обступили караванщиков, разглядывая незнакомое оружие. Некому было верещать и глядеть под руку.
Только любопытная Ниса хвостом таскалась за Шасти, но она-то с глупыми вопросами не полезет.
Девушка залезла на телегу, устроилась там поудобнее и стала выкладывать из сумки свои запасы, прикидывая, нельзя ли их как-нибудь использовать, чтобы достучаться до колдуна?
И вдруг наткнулась на вещичку, которой у неё отродясь не было. На маленькое серебряное зеркальце, украшенное родовыми драконьими знаками!
Ну кто мог ей такое подкинуть в сумку, если не Нишай! Вот же пакостник! Разве можно дарить замужней — зеркало?
Шасти покачала головой, повертела зеркальце в руках. Вещица была очень дорогая и, возможно, не без секрета. Ну не намёк же он ей послал, что наглядеться не может, верно?
Девушка тщательно ощупала края зеркальца — и хоп! Задняя часть откинулась, как крышка! И под ней что-то белело!
Она с запозданием схватилась за охранный амулет на шее, но это оказался всего лишь кусочек бересты с выцарапанным знаком. Незнакомым.
Шасти достала книгу и полистала свои записки. Нет, такого знака отец ей не показывал. Что же он означает, и зачем он спрятан в зеркальце?
Большие магические зеркала были у колдунов средством связи.
Но для них требовалась энергия чёрного камня. Именно через глаз колдунов сам тёмный владыка Эрлик прокладывал пути от души к душе, позволяя обладателям камней находить друг друга и говорить, словно они стояли рядом.
Вот только камня у Шасти не было. А делать новый Кай не разрешил бы никогда. Да она и сама бы уже не решилась.
Для камня нужны человеческие жертвы. А Кай научил Шасти смотреть на дикарей как на родичей. Раньше они были для неё вроде Нисы — забавные зверушки. А сейчас?
Девушка посмотрела на мальчишек, расспрашивающих караванщиков об их странном оружии. Улыбнулась.
Притерпелась она к ним, привыкла. Многих лечила — мазала ссадины топлёным с травами салом, накладывала лубки, ругала за глупость и хвалила за выдержку. Неужели они тоже погибнут все?
Ведь понятно же, что нельзя идти через расщелину на перевал. Там охрана — найманы на волках и колдуны на драконах. Для сражения с ними нужна не горстка охотников и мальчишек, а два-три волчьих отряда.
Кто из зайцев способен сражаться рядом с мужчинами? Шестеро самых старших?
Шасти представила, как мелкота носится вокруг драконов. Не бойцы — мишени для молний. Но может быть только так они дадут Каю возможность подняться на перевал? Отвлекут колдунов на себя?
Девушка погладила серебряное зеркальце. И оно вдруг стало холодным, помутнело, запотев от влаги.
Шасти ойкнула, примерилась и… нарисовала знак, изображённый на бересте.
Зеркальце помутнело, заволновалось, как вода. Но потом запотело снова.
Не точно нарисовала?
Знак был сложный, и Шасти даже вспотела, пытаясь нарисовать его одним движением, как и положено рисовать магические знаки.
Раз. Ещё. И ещё. И ещё…
