Кажется, миссию «понравиться родственникам парня» я с треском провалила. По крайней мере, на две трети – точно. Перед мысленным взором всё ещё стояло брезгливое выражение лица Милы и каменное выражение лица королевы. Я ведь даже не сказала ни слова! И этот дурацкий реверанс, чёрт меня дёрнул, лучше бы просто поклонилась!.. Всё, сейчас мать начнёт капать на Рю, что я ему не пара. И будет права, ведь действительно – не пара. Особенно сейчас. Я – в простом пыльном платье и он – в элегантном белом пиджаке с золотой пуговицей. Пуговицей!..
Разразившаяся торжественная музыка отвлекла меня от мрачных мыслей, но речи я всё равно слушала вполуха. Даррел официально отказывался от трона. Королева, временно заменившая правителя, официально предложила корону Рюрику. Рю, в свою очередь, официально, в витиеватых оборотах согласился. Потом какие-то клятвы, ритуальные блуждания вокруг трона, водружение короны на голову присевшего на одно колено нового короля...
Вот тут я на него засмотрелась. Речь королевы при этом не слышала, но до чего ему всё это шло! И корона, прикрывшая высокий короткий хвост, парадная одежда, и трон, и возложенная на плечи бордовая мантия. Он был таким живым среди всего этого искусственного великолепия. Даже не так: он оживлял! Оживлял и трон, и золото, и даже сухое лицо матери.
Даррел был прав: ему идёт быть королём.
Идёт ли мне быть парой короля?..
А церемония продолжалась. До тех пор, пока Рю не сел на трон и не окинул взглядом зал.
– Да здравствует король! – воскликнул церемониймейстер, и всё помещение наполнилось аплодисментами и криками: «Да здравствует король!»
Затем клятву верности принесли Даррел и Мила, и их имена впервые официально прозвучали на публике. Наконец, клятву принесли и все присутствующие в зале. Не по отдельности, конечно, хором. В момент, когда все стали, и зазвучала музыка, призывающая начать празднование, кто-то схватил меня за плечо.
– Давайте за мной, – широко улыбался Даррел, утаскивая меня в сторону той же лестницы, по которой я недавно спустилась. Окружающие чуть отступали от него и кланялись, но он не обращал на это ровно никакого внимания. – Вы маму не бойтесь, она только выглядит строгой, а на самом деле она очень добрая и нежная натура. Знаете, именно она настояла на том, чтобы не сослать вас из столицы, как хотел папа. Ну, тогда, когда мы ещё детьми были. Папа жутко злился! Но Рур был таким счастливым, что в итоге на его побеги смотрели сквозь пальцы... нет, нам сюда.
Я чуть было не свернула на балкон, но Даррел открыл другую дверь, за которой оказалась небольшая комната, напоминающая столовую с длинным, человек на двадцать, столом. У огромных, до самого пола, окон шторы были раскрыты, и комнату заливал мягкий белый свет пасмурного дня. В воздухе витали запахи, от которых невольно текли слюнки, и я сглотнула, неуверенно оглядываясь.
За столом уже сидели все трое: королева, Рю и молодая королевна. Даррел подвёл меня к свободному стулу и, отодвинув его, помог мне сесть, после чего пристроился рядом.
– Ну что, – провозгласил он, – за короля!
Мы подняли бокалы с вином, давно ожидавшие этого момента, чокнулись и дружно пригубили его. Я внимательно смотрела на Даррела. Интересный персонаж... Я всегда считала Рю очень активным и общительным, теперь же, глядя на его брата, понимала, что в семье первенство в активности и общительности явно не у него. И в этом они пошли не в мать...
Стало жаль, что мне не довелось познакомиться с почившим королём. Интересно, каким он был? Если таким же... не удивительно, что мама не смогла ему отказать в предложении стать его шпионом.
– Кхм, – прокашлялась мать. – Я хотела сказать спасибо госпоже Кае за то, что смогла присутствовать на коронации.
– Да! – воскликнул Рю, словно опомнившись от всего происходящего. – Здорово, что у тебя получилось! Как прошёл экзамен?
Я смущённо опустила глаза. Говорить здесь, при всех, при королеве об экзамене?
– Это был сложный для меня экзамен, – честно выговорила я севшим голосом. – Маг, который его принимал, категорически против женщин среди своих коллег.
– Это бывает, – кивнула королева. – Даже в наше время ещё много предрассудков относительно женщин. Что же вы, моя хорошая, справились?
Кажется, привычное «моя хорошая» со стороны Рю больше не будет для меня звучать, как прежде. Настолько холодно-официальным был тон королевы, что меня передёрнуло.
– О, не переживайте, – хищно улыбнулась я. Раз такие дела, вспомню-ка я, чему меня учила бабуля. Совсем расклеилась, как в город попала! – Я поставила его на место.
И посмотрела ей прямо в глаза. Глубоко, по-настоящему, как умела только моя покойная бабуля.
Королева выдержала. Она медленно перевела глаза на Рю, и выразительно заметила:
– Тебе везёт на экзотику.
Рю пожал плечами:
– Она сама не знает о своей экзотичности.
Королева вскинула бровь и посмотрела на меня в этот раз с интересом.
Что за намёки опять?! Задавать вопросы показалось не к месту, поэтому я сделала глоток вина и сделала вид, что не обратила внимание на их слова. Зато Мила не оставила это замечание просто так.
