— Властью, данной мне, Верховным Земным Советом и его правителями, обвиняю тебя, Кайла Свон, в убийстве первой степени, в убийстве члена Верховного Совета Ричарда Грейсона, и объявляю приговор — смертная казнь.
Молоток ударил по деревянной поверхности, девушка вздрогнула. Глаза застилала черная пелена слез. Кайла ничего не понимала. Где она находится? Что с ней происходит?
Сознание словно покинуло ее тело и переместилось в другое место. Теперь она была другой Кайлой. Стояла в окружении сотни людей и смотрела наверх, на большую трибуну, где восседали три человека — члены Верховного Земного Совета, которые только что объявили ей приговор — смертную казнь за убийство, которого она не совершала.
Нет, Кайла этого не делала, она не могла убить Ричарда, она его любила, но то, что произошло тем вечером, она совсем не помнит. Они были вдвоем, а потом кто-то ворвался в дом. Нет, не ворвался, кто-то постучал, Ричард пошел открывать, слышны были звуки потасовки, а взволнованная Кайла решила проверить, что же там происходит.
И вот после этого она ничего не помнит. Тот отрезок времени между тем, как она выглянула в коридор, а потом уже очнулась окровавленная, с ножом в руке и с телом Ричарда рядом. Это было самое тяжелое преступление, убийство представителя власти, тем более с применением холодного оружия.
Никто не стал разбираться, когда она позвонила и сама вызвала охрану. Девушку просто скрутили и увезли сразу в тюрьму. А там уже через три дня, всего лишь через три дня вынесли приговор в убийстве. Как бы Кайла ни кричала, ни доказывала свою невиновность, она ничего не смогла сделать. Ей просто не верили. Ей затыкали рот, а чаще просто не разговаривали.
И вот… Верховный судья объявил свой приговор, ударив молотком по деревянной поверхности. Смертная казнь.
Ей хотелось кричать, рвать на себе волосы, но сил не было. Сил не было, и доказать она ничего не могла. А дальше все происходило очень быстро. Длинный коридор, темные стены, в самом конце его яркая лампочка. Завели в небольшую комнату, усадили на стул, и женщина в серебристой форме, взяв ее руку, воткнула иглу в вену.
— Кайла, очнись, ты слышишь меня? Эй!
— И что ты с ней сделал, капитан? Затрахал до обморока? Это так ты выполняешь сам свой приказ? Нам сказал к ней не приближаться, не трогать девчонку, но тем не менее уволок ее к себе в отсек и жестко трахнул, так что она отключилась.
— Хаммер, закрой рот. Не до тебя сейчас. Скотт, что с ней?
— Обморок. Зрачки реагируют. Пульс стабильный. Сердцебиение хорошее. Я бы сказал, что она переутомилась.
— О, капитан! Да ты сексуальный гигант! Переутомил девчонку. Она нас двоих вчера переутомила, а ты переутомил ее.
— Хаммер, я тебе сказал, чтоб ты закрыл рот и выполнял свою работу.
— Я все уже выполнил. Всю работу. И пошёл ты на хер, капитан. Я устал от твоих приказов, которые ты сам же не выполняешь, сам же на них забиваешь.
Алекс поджал губы, понимая, что механик прав. Не стоило, не стоило ему терять голову, контроль и заниматься сексом с Кайлой. Но тут что-то другое. Она не могла просто от оргазма потерять сознание.
— Может быть, отнесем ее в медицинский блок? Это можно? — Алекс посмотрел на Скотта. Тот кивнул головой в знак согласия.
— Так, отнесу я. Сейчас эта шикарная малышка моя.
Райли легко подхватил тело Кайлы, накрытое простыней. Прижал ее к своей груди и медленно понес в сторону двери. Ему нравилось ухаживать за ней, девушка была такая нежная, трогательная и чертовски сексуальная. Но все-таки в первую очередь, и Райли поймал себя на этой мысли, она была безумно нежной.
Ее хотелось целовать, оберегать, отдавать все самое лучшее. Он почувствовал себя снова тринадцатилетним пацаном, когда влюбился в соседку. Та была хрупкой девочкой, часто болела, но Райли испытывал к ней нежные чувства.
Пока механик нес Кайлу, она проснулась, вынырнув из своего странного сна, где ее приговорили к смертной казни. Сердце часто билось, во рту пересохло, она не понимала, что вообще произошло, но, почувствовав, что она на руках сильного мужчины, а не на суде, Кайла вцепилась в его футболку пальцами и уткнулась лицом в грудь, задрожала.
— Все хорошо, детка, хорошо. Я с тобой, я рядом. Папочка Райли тебя спасет. Тебя обижал наш капитан? Скажи мне. Скажи, я надеру ему задницу или, хочешь, я выбью ему пару зубов?
Кайла засмеялась, понимая, как забавно говорит Хаммер, но вроде бы вполне серьезно.
— Нет, я не хочу.
— А чего ты хочешь?
— Я хочу в душ, холодно, хочу согреться. Пожалуйста, можно мне в душ?
— Конечно, можно. Все что угодно для тебя.
Хаммер повернул и широкими шагами направился снова в отсек капитана.
— Эй, что происходит? Ты должен был отнести ее в медицинский блок.
— Малышка очнулась и хочет принять душ. А так как у капитана он самый большой, то я решил, что она сделает это здесь — и сделает это вместе со мной. Так ведь, капитан, ты не против?