— Привет. Знакомься: наши земляки. А уж твои и подавно — из Академгородка.
— С ума сойти! Сергей.
— Здравствуйте! Саша. Только мы из «Ща». На Димакова жили. — Скуластая, усатая голова заискивающе кивала на тоненькой шее.
— Правда же, потрясающе? Познакомиться здесь! Тамара. — Улыбка в тридцать три крупных белейших зуба. — Мы тут с Сашей уже совершенно оторвались от всего, что могло бы напоминать Родину. И просто не представляли себе такой вот неожиданной встречи. Спасибо Ларисе. А вы давно оттуда?
Он вдруг вспомнил, что почти год не звонил домой. И, почему-то, не сожалел об этом, до сего момента:
— Ой-ей, как давно! Как же здесь у вас хорошо, в вечном-то лете. Неужели к такому привыкают?
— Не говорите так, это только вначале. Мы весь вечер и утро только и думали о чуде: русский, да из Академгородка! Вы для нас просто как подарок какой-то. Просто подарок.
— Ты еще не купался? — Лариска сбросила запашной красный халатик прямо на песок.
— Нет. Барсетку некому оставить. — Он оценил ее замечательно сохранившуюся фигурку. И как бы невзначай подтянул живот, стягивая майку через голову.
Сутулый и тонкошеий Саша самопогруженно уже вытягивал из огромной холщовой сумки еще более огромный полосатый ковер, и очень аккуратно расстилал его, выравнивая под ним песок. Потом также внимательно и тщательно расставил и разложил по полоскам ковра две махровых подстилочки, две надувных подушечки, два пледика, два полотенчика и множество остальных чрезвычайно нужных на пляже вещичек. В это время Тамара, вроде бы и не обращаясь напрямую к Сергею, но явно для него рассказав о погоде за прошедшие шесть лет и выдав прогноз на два вперед, подняла с песка и не менее тщательно отряхнула Ларискин халатик, передвинула поближе ее и Сергеевы сумки. Ля-ля-ля, — Тамара рокотала ни на секунду не прерываясь. И все о вас, дорогой подарок из России. Подарок, так подарок. Он вовсе не против. И пусть сегодняшний отдых на узкой ленте песка между Океаном и Американским образом жизни для этих смуглых обладателей «residence permit» будет стопроцентным викендом.
— Вы подождете? Пока мы с Ларисой окунемся?
— И я тоже с вами. А Саша пусть посторожит. Температура воды сегодня тридцать один градус. И соленость…
Итак, Тамара не собиралась оставлять их одних. Ля-ля-ля, — не замолкая. И еще умудрилась оказаться между ними. Напористо пройдя сквозь три встречных волны, Сергей почувствовал непреодолимое желание совершенно случайно утопить ее в следующем вале. Вот так взять за волосы на макушке, и, не слушая про статистику магнитных колебаний, поглубже погрузить в кипящую песком сине-зеленую муть под ногами. И держать, держать до наступления тишины. Еле сдержался. Но она, словно бы вдруг о чем-то догадавшись, с громким вскриком сама бросилась от них вперед, и, вынырнув за полупрозрачной полосой набегающей волны, саженками поплыла к далекому солнцу. Лариска, счастливо сверкнув зубами и глазами, неожиданно тоже поднырнула под нахлынувший вал, да такой, что Сергей едва сумел не упасть под его ударом. Сплюнув соль, глубоким броском погнался за ней в нежной теплоте этого самого Муссонного залива. Но догнать удалось только через пять-семь минут и совсем в открытом море. Поэтому поцелуй получился совсем не таким, как планировался. Как-то не всерьез. Лариска смеялась, скользила в руках, не оставляя надежды на скорую победу. После второго поцелуя она также неожиданно поплыла к берегу. И что? И как? Сергей махал руками и не мог решить: за ней или начихать? Два, три сходящихся круга в соленой качающей нежности, совершенно по когда-то читанному, выталкивающей на поверхность все его, даже не деревянные члены. Муссонный, елы-палы! Вон она, эта яхта. Плывет так близко, что видны все узелки на канатах и капли на стеклах иллюминаторов. Реальность, превосходящая свою достоверность. Нежданно рядом вынырнула Тамара.
— Сергей, а что вы думаете о генерале Лебеде?
— А вы? — Он попытался слегка подтопиться. Ничего не вышло, океанская плотность в этих широтах превышала плотность человеческой крови. Но, если лечь на спину, то через хлюпанье в ушах совершенно не слышно, о чем там лопочет плывущая рядом крупнополосатая бывшая землячка. Вежливо или не вежливо не отвечать ей из данного положения?
А на берегу Саша окончательно разложил и расставил по местам необходимые для отдыха атрибуты. И приготовился к беседе по серьезному. Только с кем? Сергей, хоть и убежденный демократ, но Гайдарчика с Чубайсиком не переносил. Нет, просто из эстетических соображений, а на другие политические темы все и так в газетах подробно расписано. Вот, если чуть-чуть прикопать в верхнем горячем слое песка темную бутылку с красным вином и подождать, когда пробка начнет выдавливаться, — вот это классно! Жаль, что Саша принципиально не пьет, но тогда они и с дамами за нашу далекую Родину. Да-да-да! На пляже, как нигде, ни в коем случае нельзя принимать холодного. Только парное вино пить нужно пока тела не обсохли. И пусть это будет нашим маленьким русским секретом.
