– Логан, возьмите на себя штурвал.
– Слушаюсь, сэр! – Логан Давенпорт кивнул и шагнул к штурвалу.
Оливер Жервиль выскочил из рубки и, громко топая по металлическим ступеням трапа тяжелыми ботинками, побежал вниз.
В трюме перед дверью, ведущей на продуктовый склад, стоял кок Живко Тодоров. Он сменил белый халат на темно-синюю брезентовую куртку и такие же брюки и выглядел совсем не так торжественно, как во время завтрака в столовой. Подбородок кока дрожал, глаза бегали из стороны в сторону. Увидев капитана, его помощника и боцмана Перриша, он махнул рукой в сторону двери.
– Дверь склада взломана, – задыхаясь от волнения, проговорил кок.
Капитан подошел вплотную к двери и наклонился к замку, не касаясь его пальцами.
– Взгляните, Оливер.
Оливер Жервиль склонился к замку.
– Похоже на очень грубый взлом, капитан.
– Согласен, – кивнул Колдер Рид. – Вероятно, дверь вскрыли ломом.
– Ломом, – согласился Жервиль, разглядывая замок со всех сторон. – Или топором.
Оливер Жервиль разогнулся, обернулся к Живко Тодорову и кивнул в сторону склада:
– Вы заходили туда, Живко?
– Нет, сэр. – Кок энергично замотал головой. – Я принес продукты и хотел сложить их на складе. Но увидел вскрытую дверь и сразу позвонил капитану. Но отсюда я не уходил.
Оливер Жервиль взглянул на капитана и, заметив его короткий кивок, осторожно толкнул дверь. Дверь приоткрылась. Помощник капитана решительно шагнул вперед.
– Позвольте мне, сэр.
Боцман положил руку на плечо Оливера Жервиля и повторил:
– Позвольте мне. Тот, кто взломал дверь, может быть еще там.
– Ничего, Арчи. – Оливер благодарно кивнул боцману, но взгляд его стал напряженным. – Я справлюсь.
Он осторожно переступил порог и щелкнул выключателем.
– Господи! – раздался голос Оливера Жервиля. – Господи! Что же это?!
Капитан Рид и боцман Перриш ворвались в помещение склада. Вслед за ними переступил порог Живко Тодоров. Холодильная камера была открыта. Перед ней на развернутом куске брезента лежало мертвое тело Миши Орлова. У тела была отрублена голова.
Ровно в пять на поляне перед домом уже вовсю кипело веселье. Музыка гремела, друзья и подруги Алины танцевали, выстроившись в большой круг. Оглушенная Дана убежала в дальний конец сада, где Старый Хельмут колдовал над своими фаршированными ягнятами.
– Соседи тебя не убьют? – спросила она, наблюдая, как Хельмут большим половником набирает из жаровни скопившийся жир и поливает им вращающиеся над углями тушки несчастных животных.
Хельмут поднял голову, внимательно прислушался к гремевшей музыке и качнул головой:
– Не убьют.
– Я бы убила. – Дана покосилась в сторону поляны. – Как они сами не глохнут от такой музыки?
Хельмут улыбнулся, отчего его лицо словно раскололось на две части и стало еще более пугающим.
– Я соседей предупредил, – сказал он и рукой в грубой перчатке поправил одну из туш, сползающую с вертела. – Зашел ко всем с бутылкой виски, извинился и попросил быть снисходительными. Они обещали потерпеть. И даже разрешили ставить машины наших гостей на своих парковках.
– Очень любезно с их стороны.
Из глубины сада подошел Габриэль и обнял бывшую супругу за плечи.
– Наша дочь занята, – сказал он. – Придется нам встречать гостей без нее.
– Придется, – вздохнула Дана.
– Пойдем. – Габриэль покосился на часы. – Уже начало шестого. Сейчас прибудут мои сестры. Они обычно опаздывают, но не очень сильно.
– А мама так и не объявилась, – сказала Дана. – И отец тоже. Их телефоны недоступны.
Она подняла глаза на Габриэля.
– Может быть, на яхте что-то случилось?
– Не пугай себя, – Габриэль нахмурился. – Ничего там не случилось. Я говорил с береговой охраной. Они видят «Марию» на своих локаторах. Яхта уже подходит к Ашдоду. Еще минут пять-десять, и все прояснится.
Но все прояснилось гораздо раньше. В кармане у Габриэля зазвонил телефон. Габриэль достал его, взглянул на экран и удивленно поднял глаза на Дану:
– Это твой отец.
Дана на мгновение замерла и протянула руку к Габриэлю:
– Дай мне телефон.
Габриэль молча нажал кнопку и поднес телефон к уху.
– Слушаю.
Дана попыталась отобрать телефон, но Габриэль мягко отвел ее руки.
– Здравствуйте, Генрих.
– Почему он звонит тебе, а не мне? – громко зашептала Дана, но Габриэль лишь отмахнулся. Дескать, не мешай.
– Как? – вдруг сказал Габриэль, и его взгляд стал растерянным.
– Что? – выпалила Дана и вновь потянулась к телефону. – Что-нибудь с мамой?
Габриэль закрутил головой и перехватил руки Даны, тянущиеся к телефону.
– Хорошо. Конечно. Я сейчас же выезжаю. Да, обязательно, возьму Дану. Конечно, Генрих. Я понял. Полиция уже прибыла?
Он выслушал ответ и дал отбой.
– Полиция? – прошептала Дана. – Какая полиция? При чем здесь полиция? Что случилось?
Габриэль взглянул на Дану и вдруг резким движением прижал ее к груди. Дана забилась, пытаясь освободиться.
– Отпусти! Скажи, что случилось! Какая полиция? Почему отец звонил тебе? Что? Что с мамой? Ей плохо?
Преодолевая ее сопротивление, Габриэль все-таки прижал бывшую жену к груди.
– Миша погиб.
