— Оооо, — восхищенно присвистнула я. — Да тут даже спирт есть! Можно напиться, и хворь сразу уйдет прочь.
Профессор недовольно покосился на меня. Он явно привык быть во всем компетентным, а тут ступил на тонкий лед. Медицина точно не его конёк.
— Ладно, — он резко захлопнул аптечку. — Мне надо ненадолго вернуться в университет. А ты располагайся поудобнее. Тут есть чай и кофе.
Сафонов открыл верхний шкафчик, там одиноко стояли несколько коробок с чайными пакетиками и упаковка молотого кофе.
— Я скоро приду, и мы закажем еду из ресторана, — мужчина внимательно посмотрел мне в глаза. Боится, что сбегу? Или что объявлю голодовку?
Я молча плюхнулась на диван. Недосып и утреннее недомогание дали о себе знать — мои глаза закрывались.
Сафонов склонился надо мной.
— Даш, иди в спальню, ложись на кровать.
Я настороженно распахнула глаза. Профессор приглашает меня в свою спальню? Это там они веселились вчера с той женщиной?
Я зло буркнула:
— Нет, спасибо, мне и здесь хорошо.
Сафонов, словно прочитав мои мысли, тяжело вздохнул.
— Не скучай, я скоро буду.
Я прилегла на диван, положив под голову диванную подушку. В глаза словно насыпали песок. Я прикрыла глаза и через минуту почувствовала, как мужчина укрыл меня пледом. Стало тепло и уютно. Как профессор ушел, я уже не слышала.
Я постепенно возвращалась в реальную жизнь. Мой мозг еще пребывал в полудреме, а слух уже воспринимал звуки по ту сторону сна. Сбрасывая с себя вязкое оцепенение, я несмело приоткрыла глаза. И сразу выхватила широкую спину Сафонова. Мужчина разбирал шуршащие пакеты. Много пакетов. И все невыносимо шелестят. Я поморгала, прогоняя туманную расплывчатость. И, притаившись, продолжила наблюдать за профессором.
Сафонов доставал продукты, фрукты, упакованные коробочки. Потянувшись, он открыл холодильник и положил туда часть продуктов. Остальную часть мужчина рассовал по шкафам. Подозреваю, что большинство ящиков он открывал в первый раз. Интересно было бы понаблюдать за ним в продуктовом магазине.
Скинув пакеты в мусорную корзину, Сафонов обернулся. Я поспешно опустила ресницы. Мне понравилось подсматривать за ничего не подозревающим мужчиной. Профессор был без галстука, верхние пуговицы белоснежной рубашки расслабленно расстегнуты, рукава небрежно закатаны до локтя. Сильные руки с мощными запястьями завораживали обманчивой неспешностью и плавностью.
Мужчина взял бутылку с янтарной жидкостью и плеснул в стакан. Склонившись над морозильной камерой, он достал себе лед и бросил в напиток. Виски со льдом? Что-то рановато для крепких напитков. А сколько вообще времени? Я завозилась. Сафонов метнул в меня взгляд.
Пришла пора выходить из подполья. Я нехотя приняла сидячее положение, ладонями растирая лицо. После сна я чувствовала себя значительно лучше. Голова перестала болеть и больше не мутило. Я подняла заспанный взгляд на Сафонова.
Профессор улыбнулся мне какой-то домашней улыбкой. Я замерла, впитывая в себя это уникальное зрелище. Улыбающийся профессор был ослепителен. Заразительная широкая улыбка осветила его лицо тонкими сияющими морщинками в уголках глаз. Весь его облик вдруг утратил налет высокомерия и сухости. Мальчишеская задорная улыбка, как ни странно, делала его лицо еще более мужественным. Синие глаза серебрились изнутри, отражая солнечный свет, падающий из окна.
— Как ты себя чувствуешь? — Сафонов подошел и присел передо мной на корточки, заглядывая в лицо.
— Уже лучше, — я смущенно подалась назад. Он находился непозволительно близко.
Тень пробежала по лицу профессора, но он, не подавая вида, встал и подошел к встроенной микроволновке.
— Значит нам нужно поесть. Я заехал в ресторан и взял еду с собой, так что не придется ждать курьера.
Я уже проголодалась, и от вкусных запахов у меня заурчало в животе. Сафонов положил в микроволновку коробки с едой и начал сервировать стол. Я подошла к нему, чтобы помочь.
— Я забрал твои вещи из аудитории, они лежат в коридоре, — сказал профессор, вскрывая бутылку с минеральной водой.
— Спасибо, — я с благодарностью посмотрела на него. — Как там группа? Парни не удивились, что ты так надолго пропал и вернулся без меня?
— Они волнуются за тебя. Я сказал им, что с тобой всё в порядке, и что я отвел тебя в общежитие.
Я кивнула. Надо будет посмотреть пропущенные звонки, одногруппники скорее всего уже звонили мне.
Профессор поставил на стол разогретую пасту и салаты. Мы накинулись на еду. Сафонов тоже был голоден. Наматывая спагетти на вилку, я украдкой наблюдала за мужчиной. Зачем он привез меня к себе? Хотел позаботиться о больной студентке? Достаточно было отвести меня в комнату, дальше я справилась бы сама… Тогда зачем? В машине Сафонов сказал, что совершил ошибку, переспав с той женщиной. Что думает только обо мне… Но можно ли ему верить? Обида, ревность и злость всё еще кололи меня изнутри, и делать вид, что ничего не случилось, я не могла.
Я задумчиво ковырялась в тарелке. Профессор промокнул губы салфеткой и спросил меня:
— Может, посмотрим кино?
Я удивленно посмотрел на него и резко ответила:
