Из собранных учеником материалов практически ничего не пропадает зря. Все то, что на первый взгляд кажется балластом, малоценными деталями, все то, что утомит сегодняшнего адвоката, у нас найдет применение: послужит материалом для выпускаемых школой популярных изданий в области права, будет использовано при учете статистических данных – как характеристика просителя или какой-либо деятельности, группы, институции. Недоброжелатели поэтому наградили нас еще одни эпитетом: школа шантажистов. Подобно тому как некогда читались дневники генералов, кокоток, судей и рабочих, теперь читаются наши подлинные, живые, пульсирующие теплой кровью живых людей заметки. Пространный и хаотичный рассказ девушки, которую соблазнил начальник, несмотря на то что сразу ясно – с точки зрения юридической сделать тут ничего нельзя, – сохраняется как интереснейший жизненный материал…
Тот, кто хочет работать в юридической консультации, должен уметь писать разборчиво и быстро. Научить писать для нас – не цель, а средство. И как быстро наши дети учатся, с каким энтузиазмом изучают ненавистную грамматику, как добросовестно и терпеливо выполняют злосчастные каллиграфические упражнения!
Ведь цель для ученика близка и очевидна: работая сейчас в библиотечном отделе на выдаче книг или журналов, в приемной консультации, в приемной ночлежки или где-то еще, зная, что без умения быстро писать дальше и выше продвинуться не сможет, он решает преодолеть это препятствие, чтобы суметь занять новую должность. Если даже сегодня он отступит и остановится на полпути, то вернется через год или два, когда созреет, повзрослеет – и окажется терпеливее, поскольку будет лучше осознавать стоящую перед ним цель.
Никакого давления, никакого насилия!..
Рядом с постоялым двором расположен наш внушительный торговый отдел. Здесь продаются продукты нашей фермы, вещи, изготовленные в наших мастерских, здесь, наконец, в устроенном по образцу крупных заграничных торговых домов огромном магазине продаются товары, которые производятся по всему миру.
Этот отдел больше всего заинтересовал покупателей и больше всего обеспокоил торговцев. Это именно тот отдел, который, по мнению газетных экономистов, «разрушает страну, дезорганизует тысячи семей и порабощает их беспомощное потомство».
В самом деле: на территории школы внезапно вырос мощный призрак конкуренции, внушающий опасения стальной мощью огромных средств, вырос соперник, вооруженный миллионным капиталом. В обычных условиях процесс поглощения мелких предприятий крупным капиталом происходит очень медленно. Три маленькие продуктовые лавочки теряют право на существование, потому что на углу появился магазин колониальных товаров, где закупка идет оптом и цены на продукты могут быть снижены. Спустя несколько лет магазин колониальных товаров будет вынужден уступить место более крупной фирме – и так далее, вплоть до большого акционерного общества, которое имеет собственные фургоны для доставки товара на дом, открывает десятки филиалов, а руководить этими филиалами ставит бывших самостоятельных торговцев. Это общий процесс. Бывший извозчик незаметно становится машинистом трамвая, хозяин кафе – официантом, хозяин столовой – поваром в ресторане и т. д. Зарплату им определяют возможно более низкую, только чтобы не умерли с голоду и имели силы работать на благо начальника или безымянных хозяев фирмы.
Одна сапожная машина отнимает хлеб у тысяч ремесленников; каждое техническое усовершенствование обрекает на нищету тысячи и десятки тысяч семей. Капризные веяния моды распоряжаются жизнью людей: вошла в моду гладкая мебель без украшений – и заработок токарей упал вдвое; на некоторое время вышли из моды цветы на дамских шляпках – и половина цветочниц осталась без средств к существованию (см. анкеты статистического отдела школы жизни).
То, что случилось сейчас по вине нашего торгового отдела, случилось бы и без нас. Мы вырвали из рук спекулянтов лишь те области, которые являются первоочередной жизненной потребностью, то есть продовольствие, уголь и керосин, книги, одежду и лекарственные средства. Один маленький пример: средство для дезинфекции однокомнатной квартиры в нашем отделе стоит двадцать пять копеек, вместе с работой – пятьдесят (беднейшим семьям предоставляются большие скидки), в то время как раньше затраты на дезинфекцию составляли пять рублей и выше. Таким образом, количество больных сыпным тифом, скарлатиной и корью за последние пять лет упало на двадцать-сорок процентов.
Введение монополии на водку вызвало большой хаос в экономической жизни, главным образом в Европе, но не имело целью никакой нравственной прибыли, а у нас каждый шаг направлен на общее благо. Мы не посредничаем в продаже ковров и кружев, духов и ананасов, заграничных вин и фарфоровых сервизов – мы развозим по городу хлеб и молоко, яблоки и селедку, керосин и уголь, а на нашем складе каждый может купить порошок против паразитов, одежду, которая не расползется после первого дождя, умную книгу, обувь или дешевую и полезную детскую игрушку…
