Таксист привез нас в какое-то злачное место. Мы вошли, железную дверь за нами тут же заперли, и мы оказались в окружении несвежих дам лет за сорок. Что-то здесь явно было не так. Выпускать нас без боя никто не собирался – сказали, что если мы и не хотим никаких других развлечений, то надо, как минимум, выпить. Мы заказали бутылку минералки и сразу же попросили счет. Дальше события развивались стремительно.
В пересчете на американскую валюту, бутылка воды стоила сто долларов. Страх, охвативший было нас поначалу, сразу испарился. Мы уже приступили было к разгрому заведения, и нас не мог остановить даже местный вышибала, однако, по счастью для обеих сторон, из темноты появился какой-то поляк. Этот парень понимал по-русски и вообще быстро разобрался в ситуации. В итоге, нас выпустили, денег не взяли, а мы получили хороший урок. Чтобы оказаться в правильном месте, надо иметь не только деньги в кармане, но и трезвую голову на плечах. Ну, и учить иностранные языки – чем больше, тем лучше.
Глава десятая. Хочешь мира – готовься к войне
Наши с Филом похождения в Париже еще долгое время оставались поводом для веселья. Кажется, в моем окружении не оставалось уже ни одного человека, который не знал бы во всех подробностях историю про ресторан и Мулен-Руж. Весь этот анекдот почти заслонил главное, ради чего все было затеяно, а именно – гонки в Монте-Карло. Но я-то об этом не только хорошо помнил, но и всерьез задумывался теперь о том, как вернуть парусный спорт в свою, и без того весьма насыщенную, жизнь.
Мне нравились гонки, но на тренировки времени не было. Да и шансов особых, откровенно говоря, – тоже, учитывая большой перерыв в спортивной карьере и мои нерегулярные наезды в яхт-клуб. Я вспоминал разговоры, которые мы вели с ребятами из разных сборных – в основном, все они сводились сетованиям на плохое финансирование. Парусный спорт был не в почете, денег государство не давало – ни на соревнования, ни на подготовку молодых яхтсменов. В общем, я нашел-таки способ отблагодарить спортивный мир, который в свое время научил меня многому и фактически сделал из меня человека. Правильно говорят: сначала сам добейся успеха, потом помогай другим. Теперь я был достаточно силен, чтобы протянуть руку помощи – пусть не всем, но хотя бы некоторым.
Недолго думая, я решил впервые в жизни выступить в качестве мецената и спонсора, и взять под свое финансовое покровительство нескольких легендарных яхтсменов из сборной олимпийского класса «Солинг». Во-первых, всех их я хорошо знал еще по сборам в Сочи, а, во-вторых, было, что называется, стыдно за державу, которой не было никакого дела до тех, кто защищал ее честь на чемпионатах Европы и Мира. Итак, я выделил значительную сумму, помогал, чем мог и сам теперь ездил со сборной на всевозможные турниры.
Помню, как однажды мы проехали пол-Европы на моей Вольво с прицепленной яхтой, добираясь до Киля в Германии, а потом – обратно. Эта поездка нас невероятно сблизила, мы и сегодня остаемся друзьями. Спустя некоторое время, ребята предложили мне официально стать их техническим директором и торжественно вручили форму национальной сборной. Спонсором моих друзей-яхтсменов я пробыл до самого своего отъезда из России, а потом инициативу подхватил один из моих знакомых банкиров, Анатолий, и много еще хорошего сделал для парусного спорта – в частности, именно на его деньги были построены несколько огромных яхт-клубов. В 1996 году наша сборная не только стала чемпионом России, Европы и мира, но и завоевала первую в Новой истории Олимпийскую медаль – серебро в Атланте. Я наблюдал за этими головокружительными успехами уже по ту сторону телевизионного экрана, из Испании. Я был безумно рад за них, тем более, что тот победный экипаж состоял из двух моих старых друзей по сборной и еще одного парня младше меня, которого я, тем не менее, помнил очень хорошо еще по совместным тренировкам в яхт-клубе. Здоровый вырос детина, под два метра ростом, и при этом этот Петр-Скала был очень талантлив.
