Так что теперь я улегся на дно лодки, сложив сидение и закину ноги на тюки с грузом. И очешуел! Потому что даже хитрое волшебство реки не могло ничего поделать с нулевкой. А обращаясь в первую драконью ипостась, я становился существом хтоническим и к магии восприимчивым.
Конечно, я подсматривал. Но, честное слово, ничего не понял! Вот лодка дернулась вперед, вот — над нами промелькнул ствол наклонившегося к воде дерева, что-то сверкнуло и…
— Можешь садиться! — странным тоном проговорила Вишневецкая. — Все получилось! Даже слишком!
Оглянувшись, я понял, что мы — на моем, белорусском Полесье! Действительно, вокруг нас простиралось настоящее море! Все низины были затоплены, устья Горыни, там, где она впадает в Припять, и вовсе было не видать: от горизонта до горизонта стояла вода… Мы шли по навигатору. Заблудиться на реке? Запросто, если это Полесье и весна! Держаться основного русла оказалось довольно сложно. Благо — в нашей мини-экспедиции состоял водный маг, так что даже заблудившись в зарослях подтопленного хмызняка-кустарника, или выскочив на мель, можно было не переживать. Яся никак не могла наиграться с перстнем: поднимала волну или, напротив, разверзала водную пучину, разглядывая речное дно, пару раз — вызывала водных элементалей, которые выглядели так, будто только что проснулись: рожицы у них кривились в недовольных гримасах.
— До Ольшан рукой подать, — виновато сказала Яся. — Но ближе речка не пускала, и… У нас ведь еще целая ночь была!
— Закончим — заеду к тебе в Мозырь! — пообещал я. — Давай будем искать возможность незаметно выбраться на берег, чтобы было время подготовиться… Заявимся на праздник при полном параде!
— Давно хотела посмотреть на Черный Замок Ольшанский, — вздохнула Яся. — Жаль, что ты его спалил, небось, весь экстерьер испортил!
— Испортил я Гольшанский замок, — пояснил я. — Замок — в Гольшанах, это намного севернее. И это он после меня стал черным. А так — вполне себе кирпичный, местами — белый. В Ольшанах у Гольшанских летняя резиденция. Они сюда и переехали, потому как у них с крышей беда.
— Так! — девушка обернулась ко мне. — Гольшаны и Ольшаны — это что, два разных места?
— Ага. Как Ружаны и Пружаны! — подтвердил я. — Но это еще полбеды! Вот Речиц у нас в Беларуси не то пять, не то четыре! Одна — в Бресте, городской район такой, еще есть одна в Малоритском уезде. На Днепре — самая крупная Речица, уездный центр. И как раз на Горыни — четвертая! Мы ее до Столина проплывали, соль там покупали.
— Дурдом, чес-слово… — помотала головой Вишневецкая. — Ладно, будем искать пристань. А при полном параде — это что ты имеешь в виду?
— А я доставку заказал, в ольшанский пункт выдачи сети «Гуси-Лебеди», — усмехнулся я. — Посмотришь!
В Ольшанах на нас сразу внимания не обратили. Местные вообще больше внимания всегда уделяли своим бесконечным теплицам с огурцами и прочим-всяким, чем приблудам типа нас. Интерес проявила только девушка в «Гусях-Лебедях». Тут тоже имелись маркетплейсы и доставка, для людей, у кого не было доступа к сети — огромные бумажные каталоги прямо тут, на пункте выдачи.
Мне каталог был без надобности. Я протянул экран смартфона здешней продажнице-выдавальщице и сказал:
— Большой заказ.
Она глянула на номер и подавилась. Закашлялась, покраснела, побледнела, а потом сказала:
— Так это вы?
Ну да, глядя на бородатого парня в горке, от которого ощутимо разило тиной, и на девушку в походном комбезе, с волосами, покрытыми ряской, сложно было заподозрить в нас обеспеченных людей.
— Это мы, — улыбнулся я. — Георгий Серафимович Пепеляев-Горинович, на меня записано.
— Кала-а-а-ач!!! — вдруг дурным голосом заорала она. Я не успел понять, почему она кричит название хлебобулочного изделия, как девушка закончила фразу: — Тащи номер двадцать пять-семнадцать! Который на тридцать пять тысяч!
Где-то в глубине пункта выдачи послышался грохот, типичный орочий мат и шебуршание. Потом появился снага с окровавленным лицом, в фирменной серо-оранжевой спецовке «Гусей-Лебедей», он катил тележку с двумя большими коробками. Даже не коробками — контейнерами!
— Пока мы будем переодеваться и приводить себя в порядок — закажите сюда, к этому самому месту, лучший транспорт из возможных, будьте любезны, — я подбросил в воздух золотую монету, потом поймал ее — и ляпнул на стойку. А еще — нам понадобится санузел.
— Что? — ее удивлению не было предела.
— Санузел. Нужник. Умывальник. Унитаз. Сортир.
— А! Это — там! — она замахала руками. — Пожалуйста!
— Яся — это тебе, — я показал ей на больший из ящиков. — Подарок по случаю помолвки.
