– Дышите носом, Ольга Константиновна, в вашем профессионализме никто не сомневается, – выставил вперед ладони Ринат. – Примите мое искреннее восхищение, госпожи преподавательницы, в вас явно пропадает криминальный талант. Двое – это уже почти банда. Вы себе кличку уже придумали профессиональную, Ольга Константиновна? Арина-то Родионовной будет, а вы?
Ольга страдальчески покосилась на меня. Мне оставалось только растерянно пожать плечами, потому что остановить Рината, когда он решил развлечься стендапом, было невозможно.
– Что я мужу скажу, когда он от свекрови вернется? – простонала Оля.
– Скажите, что собираетесь бизнес делать. Сеть образцово-показательных борделей, с уклоном в классическую литературу, где простигосподи в перерывах развлекают народ стихами, – никак не желал угомониться Барсов. – Одну проститутку уже уперли, еще минимум пять, и можно открываться. Что вы так на меня смотрите? Одной статьей больше, одной меньше, вам обеим уже без разницы. Кража на обеих висит.
– Ринат! – не выдержала я.
– Что Ринат? Ринат проституток не ворует. Паспорта тоже, – покосился он на меня.
– Что нам делать? – подала я голос.
– Просить политического убежища в Канаде, – пожал плечами Барсов. – Рассказывайте, Ольга Константиновна, все подробно.
– Я бы десять минут назад рассказала, но ты, Барсов, ржал!
– Я больше не буду, – пообещал он, поднимаясь с пола.
Сел на свой стул, сложил подбородок на ладони и делал вид, что внимательно слушал, но я-то видела, что глаза его сверкали озорным весельем.
– Пришли двое, вежливые, но настырные, рожи как у двух опоссумов из «Ледникового периода» – такие же востроносые и любопытные. Сначала про эту… с низкой социальной ответственностью… спросили, а потом…
Ольга отвела взгляд, подумала и выдавила:
– Потом про тебя, Арина, спросили.
Мне стало плохо.
– Что спросили? – напрягся Ринат. – Ольга Константиновна, сосредоточьтесь, это важно.
– Спросили, знакома ли я с супругой господина Журавлева – Ариной. Я сказала, что мы вместе работали. Они гривами закивали и попросили передать привет тебе и супругу. Просили напомнить про какие-то сроки, а какие – не уточнили. Да и спрашивать было страшно.
– Надо было все-таки бить, – Ринат скрипнул зубами и свел брови у переносицы. – Арина, какие у твоего додика усатого дела с этими мелкими бизнесменами?
– Понятия не имею, – честно призналась я.
Поднялась, словно в прострации, открыла ящик тумбы и выудила из него бутылку коньяка. Непочатую. Оставленную, видимо, предыдущими арендаторами.
Решив, что это уже не чужое, а мое, я выставила ее в центр стола. Пока доставала бокалы, заботливый Ринат вытащил пробку и щедро налил нам всем.
– Арина, у тебя стресс? – уточнил Ринат.
– Угу, – согласилась я.
– Понял, – улыбнулся он, двигая мой бокал по столешнице в мою сторону, – за любовь!
Я выпила до дна, не чувствуя вкуса от страха. Ольга сделала то же и сразу после этого снова наполнила наши фужеры.
– И пьете вы прям по-учительски, – уважительно протянул Барсов, когда меня немного отпустило, а в голове вместо роя тревожных мыслей поселилась блаженная пустота.
– Девочки, мобильные в ладошки обе, на коньяк не налегайте, дверь заприте, открываете только мне. Все всё ферштейн? Арина? – Барсов неожиданно поднялся на ноги, на ходу выдавая ценные указания.
– Ты уходишь?
– Родионовна, у тебя стресс, а я уходишь? – Он протянул руку и щелкнул меня по носу. – Скоро вернусь.
– Куда ты? – испугалась я. – Ринат?
Но Ринат уже поднялся и ушел в гостиную.
Ни капли не стесняясь, снял футболку, домашние штаны и послал мне очаровательную улыбку.
Натянул брюки, рубашку, ловко застегнул пуговицы, при этом не отрывая от меня горящего взгляда.
Подошел вплотную, взял за подбородок и проникновенно заговорил:
– Никого не воровать, никуда не уходить, стресс не снимать, меня дождись. Я скоро.
– Куда ты? – Я ухватилась за его руку и поняла, что дико напугана его предстоящим уходом.
И, как ни странно, боялась, что он не вернется.
– Вернусь через два часа, – словно прочитав мои мысли, пообещал Барсов. – Не бойся, все будет хорошо.
Он забрал у меня свою ладонь, обнял меня за плечи, притянул к себе и поцеловал в висок.
С видимым трудом сделал шаг назад, убрал руки с моих плеч, заиграл желваками, выдохнул и развернулся на пятках.
– Ольга Константиновна, будьте тут, – крикнул напоследок из прихожей.
Дверь за ним закрылась, а мы с Ольгой остались дома.
Ринат
У меня закончились матерные выражения! Ни одно из знакомых мне под ситуацию не подходило, а выразить свои эмоции культурно не получалось.
Проблемы Родионовны для меня проблемами не были, я и не такое видел и решал. Пару звонков, немного времени, чуть попозориться в кабинете нашего главбуха Фрекен Борисовны Бок, и проблем нет.
Напрягало меня то, что появлялись они как из волшебной шляпы: откуда не ждали, каждый день, по чуть-чуть. Я предпочитал знать врага в лицо и фронт проблем вдоль и поперек. Работать вслепую не было ни сил, ни желания.
Зря я все-таки усатику морду не набил! Сейчас бы не было так обидно и досадно. И кулаки бы не чесались.
