Как продлить быстротечную жизнь полностью

Эту болезнь напрямую связывали с работой вестибулярного аппарата. Последний расположен во внутреннем ухе и координирует равновесие тела. Поэтому наиболее вероятной считалась гипотеза сенсорного конфликта. «Укачивание происходит оттого, – считает профессор-отоларинголог Р. Тарнопольский, – что мозг получает неправильную информацию об окружающей среде. Чтобы поддерживать организм в равновесии, система органов чувств постоянно собирает информацию о том, что нас окружает, и направляет ее во внутреннее ухо; там, словно в компьютере, информация преобразуется и посылается в мозг». Из этой цитаты трудно понять и почему мозг получает неправильную информацию, и почему от такой информации нас начинает тошнить.

Приведу еще одну цитату. «В соответствии с теорией сенсорного конфликта в центральной нервной системе существует своеобразный банк информации, или блок нервной модели раздражителя, который связан с блоком сравнения информации. В последнем сопоставляются сигналы, поступающие от органов чувств и из блока нервной модели. Когда сигналы, стимулированные движением человека, соответствуют хранящейся в памяти нервной модели раздражителя, сенсорного рассогласования не происходит и человек не испытывает каких-либо неприятных ощущений. Если же входные сигналы не согласуются с хранимой в памяти информацией, то вырабатывается сигнал рассогласования. Под его действием перестраивается нервная модель, и в то же время он вызывает реакции организма, которые проявляются симптомами болезни движения. Поскольку она развивается в различных ситуациях (в воздухе, на воде, в невесомости), то, скорее всего, существует многообразие „сенсорных конфликтов“. Но сама теория в общем-то универсальна для различных форм болезни движения» (Э. Мацнев, доктор мед. наук).

И из последней цитаты нам тоже не очень-то понятно, как рассогласованные сигналы, если таковые и имеются, могут вызывать тошноту и рвоту при укачивании.

Однажды я плыл на большом теплоходе из Одессы в Ялту. Только сели ужинать, началась сильная качка. Все пассажиры быстро разошлись по своим каютам. В лежачем положении качка переносилась немного легче, но состояние мое было далеко не комфортным. Пришли в Ялту – волнение на море не утихало. Пассажиры выходили на берег утомленные и подавленные. Но каково же было мое удивление, когда рядом с нашим теплоходом я увидел небольшой буксир, который, как поплавок, резко переваливался с борта на борт, а на его палубе стояли три члена экипажа и спокойно разговаривали. Как видно, моряки, в отличие от простых пассажиров, не подвержены качке. Или это особые люди, или они прошли соответствующую тренировку? Да, моряки редко страдают от укачивания, но исторические факты утверждают, что и здесь не обошлось без исключений. Например, адмирал Нельсон, известный своими победами в морских сражениях, за всю свою жизнь, значительная часть которой прошла на борту военного судна, так и не смог побороть укачивание и всегда при шторме страдал от жестоких приступов морской болезни.

При укачивании человек испытывает общее недомогание, он теряет аппетит, у него появляются головокружение, тошнота, а иногда и рвота. У одних людей при повторном использовании того вида транспорта, который провоцировал у них укачивание, симптомы болезни движения ослабевают, а у других – нет.

Почему опытный летчик не испытывает укачивания, сидя за штурвалом самолета, но может почувствовать эту болезнь уже как пассажир на незнакомом самолете?

Почему космонавт, годами тренировавший свой вестибулярный аппарат на земле, оказавшись в космосе, может почувствовать укачивание, ведь на орбите нет ни воздушных ям, ни резких поворотов?