– Я не подкрадываюсь, – сказал он, приблизившись. На его губах появилась чувственная улыбка.
Иди взглянула на него и дважды сглотнула слюну, прежде чем ответить:
– Я же говорила тебе…
Алек прервал ее, заключив в свои объятия и слегка приподняв. Она не успела даже вскрикнуть, когда он прильнул губами к ее губам. Иди почувствовала прилив тепла во всем теле от прикосновения к его обнаженной мускулистой груди. Она ухватилась за его плечи, не в силах противостоять соблазну.
Вскоре его руки двинулись от талии вниз и сжали ее бедра. В этот момент Иди нашла в себе силы прервать поцелуй. Она уперлась руками в плечи Алека, пытаясь отстраниться от него. Он позволил ей отодвинуться на несколько дюймов, но при этом ее груди терлись о его грудь, отчего Иди ощутила приятное чувство, словно искры пробежали по всему телу. И эти искры переросли в пламя, когда Алек позволил ей медленно опуститься на пол, продолжая соприкасаться грудью с ним.
Его озорная улыбка говорила о том, какое удовольствие он испытывал от этого соприкосновения.
– О боже, – чуть слышно произнесла Иди. – Ты опасный человек, Алистер Джилбрайд.
Он засмеялся, и она явственно ощутила животом то, о чем леди никогда не скажет в приличном обществе.
– Ты сама пришла сюда. Как, по-твоему, я должен был реагировать на это? – спросил он.
– Возможно, было бы более приемлемым пожелать мне хорошего вечера?
Алек положил руки ей на бедра, слегка прижимая к себе.
– Разве я не это только что сделал?
Невозможно было противиться его улыбке, но Иди попыталась – по крайней мере, пока они имели возможность говорить.
– Мне кажется, ты ожидал меня, – сказала она.
Он откровенно зевнул.
– Да, но, не дождавшись, отправился спать.
Иди толкнула его.
– Ты несносный человек.
Он засмеялся и поцеловал ее в нос, прежде чем отпустить.
– Я знаю, но ты смиришься с этим, потому что любишь меня.
Она молчала.
– Что-то не так? – спросил он.
– Нам надо поговорить.
Алек подвел ее к удобному на вид дивану у камина, но Иди воспротивилась и села в кресло, сложив руки на коленях и подобрав ноги под юбки. Сидя прямо, она старалась выглядеть серьезной.
Алек стоял, широко расставив ноги и скрестив руки на груди. Иди улучила момент, чтобы полюбоваться его рельефными мышцами, выделявшимися в свете пламени, его темными волосами на обнаженной груди и спускавшимися ниже к килту на бедрах. Ее охватил жар, и ей захотелось воспользоваться веером или сорвать с себя одежду и броситься в его объятия. Однако этот порыв мог привести их обоих к бóльшим неприятностям.
Он окинул ее взглядом и покачал головой.
– Ты самая непреклонная и добродетельная девушка, какую я когда-либо встречал, Аделин Уитни, поэтому не пытайся казаться другой в такой откровенной одежде.
Она широко раскрыла глаза.
– Мне трудно поверить, что это говоришь ты, учитывая твой опыт общения с женщинами. Ведь на мне чепец и халат, который прикрывает даже больше, чем обычное вечернее платье. К тому же очки, если ты не заметил. Я считаю, что выгляжу вполне прилично.
– Тогда, может быть, ты снимешь их? А также свой халат и все, что под ним.
Когда Алек протянул руки, чтобы развязать ее пояс, Иди ударила его по рукам.
– Не прикасайся ко мне, пока мы не поговорим.
Он опять улыбнулся.
– Значит, потом я могу прикоснуться к тебе. Прекрасно. Тогда давай скорее начнем.
Иди вздохнула.
– Алек, я говорю серьезно.
– Хорошо, любовь моя. Давай поговорим.
Его случайное проявление нежности вызвало необычайное волнение в груди, и Иди подавила стремление положить руку на сердце. Вместо этого она молча наблюдала, как Алек подошел к камину, чтобы поддержать огонь, а затем сел на диван напротив нее. Алек оперся предплечьями на свои мощные бедра и вопросительно приподнял бровь.
– О чем ты хочешь поговорить? – спросил он.
Она удивленно посмотрела на него.
– Ты еще спрашиваешь?
Алек пожал своими могучими плечами, и это восхитительное движение отвлекло Иди.
– Я считаю, у нас немало тем для обсуждения, – сказал он.
Иди заставила себя сосредоточиться на его лице.
– Тогда начнем с твоего деда.
Последние следы добродушного юмора исчезли с его лица.
– Думаешь, нам это надо?
– Полагаю, он не очень-то рад такому неожиданному повороту событий.
– Это слишком мягко сказано. В какие-то моменты я опасался, что старика хватит апоплексический удар.
Иди почувствовала себя виноватой.
– Алек, я очень сожалею. Он в порядке сейчас?
– Не волнуйся, милая, с ним все хорошо, – сказал он с улыбкой. – Должен сказать, твоя мать прекрасно справилась.
– Что она сделала?
– Она заставила его сесть и подержать голову между коленей в течение нескольких минут. Затем настояла, чтобы он сделал глоток бренди. Все это подействовало положительно.
– Мама может быть очень властной и настойчивой, – сказала Иди, готовая рассмеяться.
