— Господин Салем рассказал вчера, — хихикнула наблюдавшая за моей реакцией девушка. — В красках. Мол, то ли ты, Эва, совсем стыд потеряла, при живой-то жене в открытую с мужиком распутствуешь, то ли Дейл, гад этакий, положил глаз на тебя, сиротинушку беззащитную, и своим некромантским колдовством приворожил. Так что жалеть тебя или осуждать сплетники до конца еще не определились.
— Отлично, — пробурчала я, дожевывая уже не казавшуюся такой вкусной выпечку. Салем был хозяином первой ресторации, в которой я просила приготовить мясо для Ника, и мне даже не приходило в голову, что такой солидный человек сразу же побежит по знакомым распускать слухи. — Вариант, что я просто у некроманта работаю, не рассматривается?
— Нет, — развеяла Астра мою последнюю надежду сохранить хотя бы жалкие остатки своей репутации, а затем с оптимизмом в голосе добавила:
— Зато есть вариант, что свою жену он уже убил, чтобы не мешала.
— И как это мне помогает? — не поняла я.
— Получается, ты живешь с ним после смерти жены, а значит, хоть и распутница, но не совсем бесстыжая.
Да, это в корне меняет дело.
— Я так понимаю, вариант с «беззащитной сиротинушкой» тоже не самый лучший для меня?
Подруга согласно кивнула:
— Если Дейл к тебе применил какие-то чары, значит, ты себя уже не контролируешь, находишься у него подчинении «и только высшим силам известно, что это богомерзкое порождение тьмы, сеющее смуту и порок в чистых сердцах дев, способно заставить ее сотворить!», — мастерски передала интонации Астра.
— Вот как передам «порождению тьмы», что господин Салем о нем думает, так живо Салемова ресторация и закроется, — со вздохом сказала я, отставляя наполненную ароматным чаем чашку.
— Прошу прощения, что прерываю, и добрейшего утра столь прелестным созданиям, — прозвучал приятный мужской голос, и Астра обернулась на его источник, — но я хотел бы позавтракать. Я впервые в этом заведении, посоветуете что-нибудь?
— Да, конечно, — залившись румянцем, ответила Астра, направляясь к прилавку. — У нас лучшая выпечка в городе. Желаете сладкие булочки или что-то посытнее?
Мужчина что-то ей ответил, уже вполголоса, а я дальше не прислушивалась, погрузившись в мрачные размышления о том, что, во-первых, чертов некромант оказался прав, а во-вторых, у Виржини неплохо бы попросить еще прибавку за моральный ущерб — я прекрасно понимала, что он будет, но не таких же масштабов! От меня так скоро на улице шарахаться начнут, считая или одержимой, или гулящей, даже и не поймешь, что в данном случае хуже.
Выражение лица у меня при этих мыслях, подозреваю, было соответствующее, весьма далекое от желания завести новые знакомства. Тем больше было мое удивление, когда владелец приятного голоса подошел к моему столу и спросил:
— Вы позволите составить Вам компанию?
Я подняла голову и утонула в ярко-синих глазах незнакомца. Он смущенно и одновременно как-то задорно улыбнулся, мое сердце рухнуло куда-то вниз, а я обреченно подумала, что любовь с первого взгляда все-таки существует, и на этот раз я действительно по-крупному влипла.
Ник
— Управление тьмой — величайших дар из всех возможных, — сказал мастер Нигру.
— Пока что чаще тьма управляет мной, нежели я ею, — невесело усмехнулся Ник.
В помещении горело множество свечей, неприятных, алых, горящих кровавого цвета пламенем и отбрасывающих на все зловещие багряные отблески, коптящих стены и потолок. В доме Нигру, стоящим на отшибе, за старым заброшенным храмом, Ник тогда был в первый и последний раз.
По достижении Ником четырнадцатилетнего возраста родители выделили ему ежемесячное денежное содержание и настоятельно рекомендовали переехать из поместья хотя бы в ближайший (а лучше, максимально дальний) город — подрастающий некромант причинял беспокойство как жителям замка Дейлинге, так и их соседям. Никаких по- настоящему жутких событий за все время обучения Ника ни разу не случалось, но это отчего-то пугало окружающих еще больше — они свято верили, что эти самые события все же происходили, просто Ник хорошо умел заметать следы («и прятать трупы», добавляли самые впечатлительные).
Юный некромант пытался объяснить, что смерть хоть и составляет основу темного искусства, но для овладения знаниями убивать кого-либо вовсе необязательно, однако остался неуслышанным. Решающую роль сыграла и беременность леди Эмилии — рисковать жизнью нерожденного ребенка никто не хотел. Ник тогда подумал, что с братом или сестрой он познакомится очень нескоро, если познакомится вообще: в случае рождения сына, его можно сделать полноправным наследником рода Дейлинге, самого же Ника попросту вычеркнуть и из родовой книги, и из жизни. Дедушка Джеральд, всегда защищавший мальчика, к тому времени уже умер, и право принимать подобные решения оставалось за мужем леди Эмилии, который всегда был, мягко говоря, не в восторге от наличия бастарда.
