Еще более «хорошей» новостью было решение Дейлинге отказаться от услуг мастера Нигру — если Нику надо, пусть оплачивает свое обучение сам. Как можно отпускать во взрослую жизнь некроманта-недоучку не понимали ни Ник, ни Нигру, но Тобиас Дейлинге был решительно настроен максимально усложнить Нику жизнь. В итоге два года наставник и ученик жили в съемном доме в небольшом городке близко к границе с Маревой пустошью — дивным местом, где добывали дорогой рудиевый металл, а нежить была представлена в широком ассортименте и отчего-то воспринимала добычу ценного ископаемого на своей территории как личное оскорбление, что и пыталась регулярно донести до рабочих отрядов. Некромант здесь был обыденной необходимостью, а не роскошью, их с Нигру уважали не меньше, чем местного лекаря, да и платили неплохо. Здесь Ник впервые почувствовал, что его дар действительно нужен и способен приносить людям пользу, здесь впервые влюбился в дочь пекаря темноволосую звонкоголосую Мари, пахнущую дождем и свежим хлебом, с ней же и стал мужчиной — на границе с местом обитания нежити нравы были гораздо проще, ведь близость смерти заставляет еще отчаяннее ценить жизнь.
Здесь же впервые убил, и, стоя потом над мертвым телом Мари, впервые услышал от Нигру об истинной цене, запрашиваемой Тьмой за даруемую ею силу, и о проклятии Темных.
— Не ожидал, что это произойдет так рано, — сказал тогда Нигру, обнаружив Ника, растерянно стоящего на коленях над телом Мари с ритуальным ножом в сердце и не желающего верить, что это сделал он сам. — Твоя сила растет, мальчик.
Ник неверяще уставился на Темного мастера. Ни жалости к девушке, ни удивления случившимся, ни злости или возмущения, что Ник утратил контроль, в лице Нигру не было. Были лишь усталость и какая-то обреченность.
— Ты все сделал правильно, — продолжил учитель — С одного удара, она не мучалась, это хорошо. Дальше будет сложнее.
— Дальше??
— Ты когда-нибудь слышал, чтобы у некромантов были счастливые семьи? — ответил Нигру вопросом на вопрос, подходя ближе.
Ник отрицательно помотал головой.
— Я вообще мало что слышал о некромантах, — хрипло сказал он, надеясь, что все это окажется ночным кошмаром. Мари только что говорила с ним, целовала его губы, она не может лежать вот так с безжизненно распахнутыми глазами и неестественно бледным лицом. Он вообще не понял, в какой момент исчезли его разум и личность, а внутри осталась лишь чужая холодная сила. Не помнил, как достал из ножен идеально наточенный клинок, как замахнулся и ударил. «Убей!» — нежно шептала Тьма. — «Ты обещал служить мне, так подари мне то, что я хочу!».
Он пришел в себя буквально за мгновения до самого удара, осознать и остановить который уже не успел. В его памяти отпечатался взгляд Мари, в эту же секунду осознавшей, что сейчас умрет, ее удивленно и вопросительно расширившиеся зрачки, приоткрывшийся рот, будто она хотела спросить «Почему?» и не успела.
— Этого ты точно не услышишь, — Нигру присел на корточки рядом с Ником. — Мы не распространяемся о маленьких нюансах обретения нашей силы. Суть такова: когда приходит время окончательно определить, сможешь ли ты быть достойным Темным мастером и какова будет твоя сила, Тьма проверяет, сможешь ли ты при необходимости слиться с ней воедино и стать одним целым с силой. Это способность бывает важна при некоторых заклинаниях и ритуалах. Лучший способ — заставить тебя убить того, кто особенно дорог — невесту, жену, ребенка.
Ника передернуло.
— В твоей судьбе будет еще много уродливого, — сказал Нигру. — Прими это. Чем дороже был тот, кого ты убил во имя Тьмы, тем больше силы она позволит тебе взять. Периодически это будет повторяться.
Выходит, страшащиеся Ника люди были правы — он монстр и убийца.
— Слухи в самом деле возникают не на пустом месте, — сказал Нигру, угадав, о чем думает Ник — Подумай о другом: одна жизнь раз в пятнадцать-двадцать лет, а то и тридцать лет, взамен на те способности, которые открывает некромантия. Скольких неупокоенным ты сможешь помочь? Сколько жизней спасти, как сейчас, при походах за рудиевым металлом? Прожить несколько веков, практически вообще не старея. Поверь, оно того стоит. Люди умирают каждый день, по более обыденным, иногда откровенно дурацким причинам, отдавая вечности свои жизни безо всякой высшей цели.
— А если я больше никого не полюблю? — спросил Ник. — Мне не нужно будет убивать? Или нужно, но все равно кого?
— Ты почувствуешь, кто должен станет следующей жертвой, Тьма всегда будет указывать тебе, — ответил Нигру- Большинству из них ты будешь даже нравится, и они легко доверятся тебе. И поверь, ты полюбишь. А если очень повезет — или не повезет, это как посмотреть, встретишь ту, которой предназначено быть твоей единственной любовью до конца твоих дней. Если сможешь убить ее — других смертей больше не потребуется.
Нигру помолчал и добавил:
— Это наше проклятье — расплачиваться за силу и способности жизнями любимых.
— А если я смогу противостоять Тьме и не стану вообще никого убивать? — спросил Ник.
