— Прости, что отвлекаю… — начала она, и её голос слегка дрожал. Она нервно теребила поясок халата. — Я… я хотела кое-что спросить.
Она сделала маленький шажок ко мне, и я увидел, как в её глазах блестят непролитые слёзы. Чёрт, только этого не хватало.
— Твоя начальница… Утияма-сан… О чём она сегодня утром говорила с твоим отцом? Я видела их у ворот, они о чём-то шептались. А потом Кента-сан весь день ходил такой… окрылённый.
Она замолчала, закусив нижнюю губу. В её голосе звучала такая неподдельная тревога, что мне стало не по себе. Это была не просто женская ревность. Это был настоящий страх. Страх потерять мужчину, которого она, судя по всему, успела полюбить.
— Я вижу, как они сблизились в последнее время, — продолжила она шёпотом, и её голос окончательно сломался. — И я… я боюсь. Боюсь, что Кента-сан может… увлечься. Она ведь такая… яркая. Успешная, красивая, молодая… А я…
Она не закончила фразу, но я и без слов всё понял. Она боялась, что не выдержит конкуренции с такой женщиной, как Митсуко. И, чёрт побери, я её прекрасно понимал. Рядом с Митсуко-сан любая, даже самая уверенная в себе женщина, могла почувствовать себя серой мышкой.
В этот момент вся моя усталость, все мысли о «Лотосе», Аои и прочих проблемах улетучились. Передо мной стояла просто напуганная женщина, которая отчаянно нуждалась в поддержке. И почему-то именно я должен был стать этой поддержкой. Абсурд. Я осторожно взял её холодные, дрожащие руки в свои.
— Эйми-сан, послушайте, — мой голос прозвучал на удивление твёрдо, хотя внутри всё переворачивалось. — Даже не забивайте себе этим голову. Мой отец никогда бы так не поступил. Он бывает ворчливым, упрямым, порой просто невыносимым, но он не предатель. Он слишком сильно любил мою маму, чтобы играть с чувствами другой женщины. Особенно с вашими.
Она подняла на меня свои огромные, полные слёз глаза, и в их глубине мелькнула крошечная искорка надежды.
— И Митсуко-сан… она тоже не такая. Да, она жёсткая, властная, иногда кажется, что она готова перешагнуть через кого угодно ради цели. Но она никогда не станет рушить чужое счастье. У неё есть свои принципы. Уверен, у них с отцом какое-то деловое предложение, не более. Папа ведь сам сказал, что это сделает нас всех счастливее. Всех. И вас в том числе.
Мой спокойный, уверенный тон, кажется, сработал. Я почувствовал, как её тело понемногу расслабляется. Дрожь почти прекратилась.
— Правда? — тихо спросила она, словно маленький ребёнок, который боится, что его обманут.
— Чистая правда, — твёрдо ответил я, ободряюще сжимая её ладони. — Просто доверьтесь ему. И мне. Всё будет хорошо, вот увидите.
Она смотрела на меня ещё пару мгновений, а затем на её губах появилась слабая, но такая тёплая и искренняя улыбка, что у меня на душе сразу стало легче.
— Спасибо, Изаму-кун, — прошептала она. — Спасибо тебе. Ты очень добрый.
Она осторожно высвободила свои руки и, бросив на меня последний благодарный взгляд, бесшумно скрылась в своей комнате.
Я остался один в полутёмном коридоре, прислушиваясь к мерному тиканью часов. И только сейчас до меня в полной мере дошёл весь масштаб катастрофы, в которой я живу. Ревность, тайные сделки, предложения о фиктивном браке, сложные отношения с сестрой, мафия… Да по мотивам жизни моей семьи можно было написать отдельную новеллу. И она, чёрт возьми, была бы куда безумнее любого моего хентая. Я тяжело вздохнул. Похоже, в ближайшее время сон мне будет только сниться.
Горячий душ — определённо лучшее, что придумали люди. Сразу после мягкой кровати и вкусной еды, конечно. Я стоял, упершись лбом в холодный кафель, и подставлял спину под обжигающие струи. Вода смывала с меня не просто усталость, а какую-то липкую, въедливую грязь целого дня. Казалось, я пропах всем сразу: уличной едой с фестиваля, дорогими духами Митсуко-сан, дешёвым парфюмом какой-то девицы, с которой столкнулся в толпе, и даже, кажется, порохом. Хотя откуда взяться пороху? Наверное, это просто мой мозг уже начал плавиться.
Мышцы гудели, как натянутые струны. Ещё бы! Фестиваль, потом разборки с Аои и её папашей, потом снова фестиваль, потом ещё какие-то тёрки, которые я уже и не помню. Мой внутренний процессор перегрелся и выдавал ошибку 404: «События не найдены». Я, блин, обычный парень, который хочет просто сидеть в своей берлоге и писать пошлые новеллки про тентаклей и кошкодевочек, а чувствую себя так, будто в одиночку остановил вторжение инопланетян.
Кое-как выползя из ванной, я лениво обтёрся полотенцем. Одеваться? Серьёзно? Зачем, если через десять секунд я планирую быть в отключке? Моя комната встретила меня благословенной тишиной. А кровать… о, моя королева, моя богиня, мой островок спасения в этом безумном мире! Она манила меня, как сирена Одиссея. Я даже не дошёл — я буквально рухнул на неё, зарываясь лицом в подушку, которая пахла домом и спокойствием. Всё. Спать. Немедленно. Провалиться в сон без сновидений, желательно до следующего года.
