Рациональные мысли вылетели из головы, стоило его рукам оказаться на моих бедрах. Эван скользнул ладонями под пояс моих трусиков и обхватил меня. А его восхитительно грубоватые пальцы коснулись моей чувствительной плоти.
– Ты готова, – проговорил он.
– Да, – выдохнула я. – В этот раз я хочу…
– Жестко.
Ласки, которые он дарил мне прошлой ночью, были прекрасны: нежные прикосновения, деликатные объятия. Однако сейчас я хотела почувствовать силу, разливающуюся в его мышцах, возбуждение, проходящее по коже, как электрический ток. Я желала окунуться в эту грубую, трепещущую мощь, чтобы каждый кусочек его существа наполнял меня как внутри, так и снаружи, пока не разорвет на части.
Убрав руку с бедра, Эван поднял меня. Я обвивала ногами его талию, пока он нес меня обратно к одеялу. Он опустил меня и втянул в сокрушительный поцелуй, руками зарывшись в мои волосы. По телу прокатилась дрожь возбуждения. Именно этого я хотела, и Эван знал это.
Он расстегнул мой лифчик, буквально сорвал его с плеч и спустил трусики по бедрам. Когда Эван избавился от своих боксеров, я беззастенчиво уставилась на него, что привело к очередному приливу неистового желания, отдавшемуся у меня между ног. Мое тело было готово для него.
Эван уложил меня на одеяло. Устроив мою ногу на сгибе своей руки, он подхватил меня под бедра. Я ожидала, что, высвобождая сдерживаемую ярость, Эван войдет в меня резким рывком, но он очень медленно толкнулся в меня. От сильной растянутости, такой горячей и сладкой, я вскрикнула. Он тут же перестал нежничать, начав жестко двигаться во мне.
– О боже, – простонала я, вцепившись руками в одеяло и стараясь зафиксировать себя на месте из-за его сильных толчков. Внутри нарастала теплая пульсация. Эван поднял мою другую ногу. Теперь обе покоились на его плечах, а я оказалась сложенной пополам. Он вошел еще глубже, руками упираясь в землю по обе стороны от меня и таким образом удерживая свой вес. Он делал все как надо. Подобного и представить себе не могла.
– Это не чересчур для тебя? – задыхался он. – Одно слово, и я остановлюсь.
– Боже, Эван, чересчур, но не смей останавливаться, – выдохнула я, вцепившись в его шею и впиваясь ногтями в кожу.
И вот тогда он по-настоящему перестал сдерживаться. Я покинула эту реальность, попав в другое измерение, где остались одни только ощущения. Ни проблем, ни мыслей, лишь быстрые нарастающие движения, прерывистое дыхание, ругательства и стоны. Эван так сильно вжимался в меня и входил так глубоко, что я запрокинула голову и кончила сильнее, чем когда-либо в жизни. Наслаждение яркой кометой вспыхнуло перед глазами. Я вытянула руки над головой, пальцами зарывшись в песок.
Эван тоже приближался к вершине. Мокрый от пота, он особенно резко толкнулся в мое тело. Выдохнув через стиснутые зубы, он испустил гортанный рык и, кончая, сделал несколько завершающих движений.
Я открыла глаза. Эван склонился надо мной, и лучи солнца образовали над его головой золотой ореол. Так и не выходя из меня, он опустил мои дрожащие ноги на землю. Пот струился по его гладкой спине, а волосы прилипли к затылку.
Начиная приходить в себя, я ощутила, как он покинул мое тело. Эван приподнялся на локте, рассматривая меня. Дикое, голодное выражение его лица смягчилось.
– Да быть такого не может, чтобы ты до вчерашнего дня не занимался этим, я просто не верю, – тяжело дыша, заявила я.
Он рассмеялся и убрал с глаз мокрые от пота волосы.
– На самом деле о таком парень не стал бы лгать.
– Тогда это талант от рождения.
– Нет, все дело в тебе.
Недоуменно моргая, я сидела в каком-то оцепенении.
– Как мы оказались в таком виде? – спросила я, имея в виду нашу наготу. – Я была в бешенстве, напугана, а затем…
– Жизнь и смерть, – пояснил Эван. – Близость к смерти вынуждает ценить жизнь и стремиться к тому, что заставляет нас чувствовать себя живыми. Например, секс. Он показывает нам, что мы живы. – Эван улыбнулся. – Так ведь?
Я не ответила на его улыбку.
– Ты был близок к смерти? – Я мотнула головой в сторону реки. – Мне казалось, что да.
– В некотором смысле. Надолго задерживать дыхание, не позволяя легким насыщаться кислородом, – это своего рода смерть, верно?
Я поежилась, невзирая на усиливающуюся дневную жару.
– Так вот почему ты этим занимаешься!
– Нет. Я не знаю. – Повернувшись, Эван уставился на реку. – Легенды коренных жителей Америки гласят, что духи умерших могут приходить во сне. Давать подсказки с того света. Близость к смерти притягивает их. Так можно отчетливо их слышать.
– Ты веришь в легенды коренных жителей о духах-проводниках? Поэтому… мы отправились в путешествие?
Я попыталась осознать его слова, но мне они казались полной нелепицей. С моей точки зрения, наш вояж вообще не имел никакого смысла. Он больше походил на гонку к мифическому «центру», на которую не согласился бы ни один здравомыслящий человек. И тем не менее происходящее казалось мне совершенно правильным.
Обнаженный и прекрасный в лучах солнца, Эван повернулся ко мне.
