На выходной день мы приходили домой. За неделю мама намораживала молоко в чашках, и эти кружочки укладывала в самодельный рюкзачок. Туда же укладывала свежевыпеченные круглые буханки хлеба.
В понедельник, раным-рано, не позже шести часов, школьники выходили из дома с рюкзаками за плечами, собирались в стайки и по хрустящему, скрипучему от мороза снегу, не редко по сугробам, шли в школу по лесной дороге.
Было страшно, ещё темно, к тому же холодно. Мёрзли щёки, руки, ноги. Бывало временами, где-то волк за рекой завывал свою песню, к нему подвывали, присоединялись другие голоса с противоположной стороны реки Тобола, сливаясь в слаженный многоголосный вой.
Кровь стыла в жилах, и волосы шевелились на голове, холодом, подымаясь вместе со шкурой. Сгрудившись в кучку, мы все же преодолевали это расстояние в десять километров; иногда запасались факелами из пакли и, в предполагаемом месте, где лес подходил вплотную к дороге, зажигали их. Однажды кто-то именно в этой чащобе леса в темноте видел светящиеся волчьи глаза.
Нередко мы обмораживали коленки, щёки, носы, уши. Все это потом заживало, но в дальнейшем обмороженное место, особенно уши у мальчиков, становилось более уязвимым на морозе.
За полкилометра от Упорово мы слышали голос диктора: "Говорит Москва. Московское время шесть часов". Звучал Гимн Советского Союза. Москва просыпалась. Для нас это обозначало восемь часов по местному времени. Мы разбредались по своим квартирам. Оставив там свои рюкзачки, собрав школьные принадлежности, бежали на уроки.
Встреча с волком
Однажды я и моя троюродная сестра Лиза после уроков отправились домой в середине недели. У нас с ней закончился хлеб. Снег уже сошёл, река вскрылась. Был тёплый апрельский день.
Чтобы сократить расстояние на один километр, от деревни Чёрная, что находилась между нашей школой и домом, мы пошли по крутому берегу Тобола.
Вдруг наше внимание привлекло животное, плывущее через реку. Мы обе догадались, что это волк. Нами овладел жуткий страх. Переплыв реку, он выскочил на берег перед нами метрах в пятидесяти и, перейдя нам дорогу сел и, задрав голову высоко вверх, завыл. Лиза сообразила, что волки боятся огня и предложила снять с себя пионерские галстуки, что мы и сделали, еле развязав замки галстуков дрожащими руками. Когда мы стали трясти этими красными лоскутами, волк поднялся и побежал от нас прочь в лес. Там было низкое место, его называли согрой. Во время наводнения именно к этому овражистому месту вода из Тобола устремлялась, перекрывая шоссейную дорогу. Зато в конце лета там вызревала отменная сладкая черёмуха, которую мы с друзьями вёдрами собирали, а бабушка, высушив её в печке и измельчив в ступке, пекла нам вкусные пирожки с черёмухой.
Военные годы
Жизнь наша потекла по другому руслу. После ухода папы на фронт, стало голодно. Самое трудное время года для нашей семьи были холодные зимы. Одна пара валенок на шестерых вынуждала нас выходить на улицу по очереди. Иногда я не выдерживала и выбегала на улицу босиком, порой, перебегая по снегу через несколько дворов, к подружкам.
Ноги ощущали вначале жуткий холод, потом не чувствовались совсем, превращаясь в деревяшки, затем горели как в пламени, и ощущалась такая невыносимая боль, аж саднило и заходилось сердце. Старшему брату Валентину, которого я очень любила, было к тому времени одиннадцать лет. Работая в МТС жестянщиком, он заработал денег и купил мне отрез красивейшей бумазеи на платье. Обожаемая мною бабушка Груня сшила его. Я лежала на кровати и любовалась им, представляя, как я выйду на улицу и покажусь подружкам, только вот выйду ли, так как тяжело заболела.
Мне было трудно дышать. Мама потеряла надежду в моё выздоровление. Позвать врача было не реально. Больница находилась от нашего дома в 10 км, в Упорово. И все же, Бог дал, я выжила.
Печь топили берёзовыми дровами. Ручной пилой отпиливали от сырых лесин несколько поленьев, раскалывали их с помощью топора, колуна и закладывали их в наполовину остывшую русскую печь вечером на просушку. Утром взрослые разжигали печь с помощью растопки, которой служили лучины и береста. Берёзовые дрова бойко горели и давали много жару, от чего в доме становилось тепло и весело.
Бабушка готовила еду из того, что было. Мама работала в колхозе за палочки. Её мать тихо умерла от голода, лёжа на печке.
