– Не знаю. Я у него сто раз спрашивала, а он всегда отвечал, что скажет мне, только когда мы поженимся. И знаешь? У меня есть сильное подозрение, что его фамилия – Люсьен. И вот что еще интересно: имя его отца было Вильям, а подружки Пола по бинго называли его Вилли. – Она быстро глотнула воды, а Майкл попробовал воспользоваться моментом и сбежать. – Постой. Это еще не все.
– Я не хочу больше слушать.
Он уже хотел напомнить ей, что тело Пола было найдено и опознано. И это главное доказательство. Но она опередила его.
– Скажи, если бы Пол сделал новую татуировку перед своим предполагаемым самоубийством, ты бы об этом знал?
– Наверное. А что?
– Так сделал он ее или нет?
Майкл не знал, что делать. Он не хотел говорить ей о татуировке и не мог понять, откуда она о ней узнала. И поскольку не представлял, куда ведет ее вопрос, решил ответить честно.
– Да.
Сначала она удивилась, а потом как-то мгновенно поникла.
– Да?
– Я говорил ему, что это смешно. Честное слово. Я отговаривал его несколько дней. И в результате она оказалась похожей не на шрам, а на след от грузовика.
– Что?
Майкл взял ее руку и посмотрел на запястье.
– Ну, не знаю. Может, немного похоже.
Она выпучила глаза так, будто ей в череп накачали воздуха.
– Слушай меня, Майкл, очень внимательно. – Она притянула его к себе и заговорила шепотом. – У меня есть копия отчета о результатах вскрытия. И по утверждению врача, у парня, которого вытащили из реки, был череп и кости на левом плече, но не было никаких бабочек, херувимов, китайских символов By и шрамов, похожих на след грузовика. Ты понимаешь, что я тебе говорю?
Майкл сжал кулаки. Он понимал, что должен немедленно предложить ей какое-то логичное объяснение, но не мог ничего придумать.
– Я думаю, они там что-то перепутали.
Он знал, что придется придумать что-то получше.
– Перепутали? – закричала Элиза.
Бармен опять оглянулся на них, и Майкл повернул ее стул спиной к стойке.
– Да, Элиза. Это Нью-Йорк. Они все время все путают. – Он чувствовал, как пот течет у него по спине. – Не обижайся, что я это говорю, но ты ведь бросила Пола, помнишь? Ты не хотела его, когда он был жив, что же он вдруг так понадобился тебе мертвым? У нее на глазах появились слезы, и Майкл быстро отодвинулся, потому что понял, что она хочет лягнуть его.
– Помнишь тот день, когда все случилось? – зло спросила она. – Когда Пол так удачно застал меня с Лорингом.
Майклу не понравилась ее интонация. Похоже, у нее припасена еще одна бомба.
– Хочешь знать, почему я целовалась с Лорингом?
– Не особенно.
– Потому что Пол собирался в этот день отказаться от турне с «Дроунс», вот почему.
– Что?
Она утвердительно кивнула.
– Я не хотела, чтобы он лишился всего только потому, что я боюсь летать. Не смотри на меня так. Я хотела… черт, я уже не знаю, чего я хотела. Но, кроме этого поцелуя, у меня с Лорингом абсолютно ничего не было до тех самых пор, пока он не связался с этой Джилли Бин. Пока не нашел мне замену.
Нашел замену, подумал Майкл. Да уж, заменил.
Она опять совала ему в лицо газетную вырезку.
– Тебе не кажется, что мы должны рассказать об этом кому-нибудь? Может, полиция проверит, и если…
– Нет!
У него лопалась голова, и он хотел только одного: чтобы она немедленно ушла, пока он не сказал ничего лишнего.
– Послушай. Блин. Дай мне немного подумать обо всем этом. Ты на меня столько всего вывалила, и сейчас я хочу просто прийти домой, успокоиться, ни с кем не говорить и все обдумать. Хорошо?
Он не помнил, как довел ее до дверей, посадил в такси и убедился, что она уехала.
Вернувшись в ресторан, он бегом спустился в холл к телефону Убедившись, что рядом никого нет, он достал из бумажника клочок бумаги, на котором были написаны цифры, разделенные тире и пробелами. Он записывал их так, чтобы их можно было принять за даты рождения, пин-код, номер банковского счета, за что угодно. Только не за телефонный номер.
Они не говорили с того самого дня, когда было найдено тело. Тогда Майкл подумал, что это действительно может быть Пол, и в панике позвонил ему, чтобы убедиться, что не случилось ничего ужасного.
– Веселенькая новость, – сказал Пол, когда Майкл сообщил ему, что его труп только что был извлечен из реки.
Но на самом деле Пола беспокоило тогда только одно: как Элиза среагировала на его смерть.
– Она плакала? – спрашивал он снова и снова, пока Майкл наконец не заорал на него.
– Да! Плакала! Успокойся! И еще она очень злится.
– Злится? Господи, как это на нее похоже. Твоя сестрица – это что-то. Она должна скорбеть, а не злиться.
– Пол, забудь об Элизе. Кто-то погиб. Мы можем оказаться в большой жопе, если…
– Не называй меня Полом.
Майкл дал ему краткий отчет о визите Фельдмана, начав с того, как тот вытащил его на улицу, назвал тело «подстраховкой» и заверил Майкла, что, по словам его «друзей», оно принадлежало очень плохому человеку, о котором никто не будет жалеть. Под конец он сказал, что, если Майкл заботится о благополучии своей семьи, он не будет задавать лишних вопросов.
