– Нелька, моя дочь, вчера уехала с танцевальным коллективом на фестиваль в Крым, и ее до конца недели не будет.
«Одна дома!» – обрадовался Сашка.
Он был готов прямо сейчас переехать к ней с вещами, но Валентина не торопилась.
– Приходи в субботу вечером, – пригласила она. – Мы сможем спокойно посидеть вдвоем. Я буду тебя ждать.
Задержка Сашке не понравилась, но спорить он не стал, чтоб не спугнуть свою дичь.
– Я приду… Обязательно приду.
– Да, Саша, да.
– Валя, эти два дня я буду думать только о тебе!
Гаврюшина отозвалась: «Я тоже», освободилась из объятий и, окрыленная, вошла в дом.
Сашка посмотрел ей вслед и подумал, что не такая уж она старая. Вернее, для него точно старая, но очень даже могла бы найти мужчину своих лет. Прошло несколько минут, Сашка пошел в сторону своей временной квартиры и подумал не о Валентине конкретно, а так, вообще: «Ох уж эти брошенные, нелюбимые женщины. Летите, как бабочки на огонек, и сами рады обмануться, когда обман обещает надежду. Но новые отношения, которые я могу вам предложить, – это только иллюзия любви, это не любовь». Александр встряхнулся, освобождаясь от ненужной сентиментальности: «Пусть иллюзия, но и она подарит им немного радости. Работа у меня такая. Брошенные женщины – самый благоприятный и податливый материал для человека моей профессии».
Два дня Валентина летала на крыльях. Она даже решилась сделать себе наращивание ресниц, о котором давно мечтала, и, конечно, сходила в парикмахерскую, сделала модную стрижку и покрасила волосы. Она даже вытащила из шкафа полтора месяца назад купленное и ни разу не надеванное платье. Валентина смотрела в зеркало и нравилась сама себе: она правда помолодела, но омолодили ее не прическа и не ресницы, а блеск в глазах и постоянная готовность улыбнуться.
Гаврюшина попросила Лену, свою помощницу по хозяйству, сделать генеральную уборку и накупила морских деликатесов.
Дочка позвонила в пятницу по видеосвязи.
– Мама, ты ресницы нарастила? – воскликнула она сразу после приветов.
Вместо ответа Валентина похлопала глазами, красуясь.
– Ну как?
– Классно! А мне не разрешаешь! Я тоже такие хочу!
– Восемнадцать исполнится, и делай что хочешь.
– И подстриглась! И волосы покрасила! – ахнула Неля. – Мама, признавайся, кого ты ждешь?
– Новый год жду, – попыталась уйти от ответа Валентина.
– Не темни! Кто он, твой поклонник? Я его знаю?
– Нет, не знаешь, – наконец сдалась Валентина. – Мы с ним всего месяц назад познакомились. Неля, я пока не хочу ничего о нем рассказывать.
– Нет уж, я все хочу знать. Кем он работает? – дочка у Валентины была настырная. – Может, его в дом опасно пускать? Он точно не мошенник?
Валентина поморщилась недовольно.
– Скажешь тоже.
– Итак, где он работает?
– Неля, ты там крепко сидишь, не упадешь?
Неля поерзала на стуле, глаза у нее заранее округлились.
– Он студент. Он еще учится в университете. Ему всего двадцать два года.
– Мама, ты шутишь?
– Думаешь, я старая перечница и меня не может молодой человек полюбить? Валентина почувствовала, что требуются какие-то оправдания и добавила:
– Современная косметология творит чудеса. И пластическая хирургия, если что.
У Валентины вырвалось все, что она иногда обдумывала в одиночестве. Ей и правда приходило в голову, что такая большая разница в возрасте по нынешним временам не страшит и не кажется непреодолимым препятствием.
– Ничего такого я не думаю, просто странно.
– Неля, он такой… Он нежный и ласковый. Он так ухаживает. Он необыкновенный.
– Лучше, чем папа? – ревниво спросила дочка.
Валентина призадумалась на несколько секунд. Она удивилась тому, что действительно в последнее время ни разу не вспомнила бывшего мужа, а ведь еще совсем недавно не проходило дня, чтобы она не думала о Павле и не плакала. Наконец-то она смогла примириться с мыслью, что они больше не вместе.
– Нет, доченька, наш папа все равно лучший. А этого парня я еще совсем мало знаю.
– Но он тебе нравится?
– А он мне нравится, нравится, нравится! – пропела Валентина. – Нелька, я такая счастливая!
Они примолкли обе. Потом Валентина прервала паузу:
– Ну, а у тебя как дела? Какие результаты второго тура?
– Второе место, завтра будет гала-концерт и вечером мы уже выезжаем домой.
– Я видела в инстаграме видеозапись выступления. Качество, конечно, не очень: все время чьи-то головы в объектив лезут.
– Это Витя снимал, Ирины Анатольевны сын. Он же не профессионал.
– А фотки очень хорошие, – поспешила подбодрить Нельку Валентина. – Шикарно вы выступили. Девчонки молодцы!
– Мне почему-тотуфли натерли, я даже прихрамывала. Ты заметила?
– Нет, надо еще раз пересмотреть видео. Почему туфли натерли? Может, нога выросла?
– Мама, я большая девочка, у меня ноги уже не растут.
Они поболтали еще пять минут о мелочах.
– Мама, ты меня совсем не слушаешь! – вдруг обиженно заявила Неля, когда мать ответила ей что-то невпопад.
Валентина действительно не могла ни думать, ни говорить о чем-то другом, кроме предстоящей встречи, но говорить об этом она пока не хотела, чтобы не спугнуть свое счастье.
– Прости, солнышко!
