Сашка попробовал и этот, с крабами, а потом мягко забрал у Валентины вилку и положил на стол. Он обхватил женщину руками и жарко поцеловал в губы. Валентина напряглась, он это почувствовал. У Сашки не было цели овладеть ею любой ценой. Ему нужно было, чтобы она сама этого захотела, просто нестерпимо захотела. Он слегка отодвинулся от Валентины и предложил:
– Может, еще по бокалу?
Он надеялся, что от вина Валин самоконтроль ослабнет, и она наберется смелости.
– С удовольствием, – ответила Валентина.
Сашка снова наполнил бокалы. Выпили еще немного. На Солохина красное вино действовало так же опьяняюще, как компот в школьной столовой, а Валентине после него стало очень весело.
– У меня немного закружилась голова, – произнесла Валентина.
– Нужно пересесть на диван, – посоветовал ей Солохин. Он поддерживал ее под локоть, пока она перемещалась со стула на диван, потом сел рядом.
Дальше Солохин действовал быстро и энергично, понимая, как трудно Валентине перешагнуть через себя. Если долго тянуть, то в конце концов она почувствует себя распутной девкой, начнет себя осуждать, и все, ничего не выйдет. Он раздел ее и взял. Молодость и здоровье работали на него. Сама Валентина даже опомниться не успела и скорее всего ничего не почувствовала. Теперь надо было стать для нее лучшим любовником. Сашка не дал ей сразу вскочить и убежать. Он лежал, опираясь на свой локоть, рядом, а другой рукой внимательно и нежно исследовал ее тело, тщательно изучая реакции. Само по себе тело, полное, белое, хорошо сохранившееся, вызывало у него примерно столько же сексуальных желаний, как мороженая курица вызывает аппетита. Но он умело скрывал свои эмоции, да Валентина и не смотрела на него. Сашка прикасался к ней, а она изнемогала. Потом был новый акт близости, и Сашка добился того, чтобы женщина испытала взрыв великолепных ощущений.
«Я просто не узнаю сама себя, – сказала Валентина, откинувшись на подушку. – Такого у меня не было с мужем за пятнадцать лет совместной жизни, хотя я его очень любила».
– Я очень рад, что тебе понравилось, – ответил Сашка, целуя ее шею. «В такие минуты другого вспоминает. Ну и дура!» – подумал он.
– Чувствую, что я еще об этом пожалею, – продолжила Валентина.
– Дальше будет только лучше, – сказал Сашка, продолжая ее целовать.
Они замолчали. Глаза Валентины были закрыты, но если б она вдруг их открыла, то была бы неприятно поражена тем, как презрительно смотрит на нее Солохин.
Он сам не испытал ничего. «В постели ты должен заботиться в первую очередь о женщине, а потом о себе», – так говорила Инесса.
Инесса совратила Сашку, когда ему было всего четырнадцать лет – совсем мальчишка.
Инесса Павловна преподавала в музыкальной школе, как и Сашины родители. С мамой они дружили, Инесса часто бывала в Сашкином доме. Однажды она пришла за книгами, которые ей друзья передали через маму, и охнула, приподняв сумку:
– Ужас, какие тяжелые! Марина, ты уверена, что здесь только книги? Кирпичей точно нет?
– Выдумаешь тоже! – откликнулась Сашина мама.
– Я не донесу, – беспомощно произнесла Инесса и растерянно огляделась по сторонам.
Мама тут же отозвалась:
– Саша, помоги Инессе Павловне донести до дома книги! Она живет от нас в двух кварталах, совсем недалеко.
Солохин находился в том беспокойном возрасте, когда все домашние поручения ужасно раздражают, но ничего не смог придумать, чтобы отказаться, и вынужден был тащить тяжелые сумки. Он был высоким для своих лет, крепким и сильным, а Инесса напротив была мелкой и хрупкой. Взрослый мужчина сказал бы про нее: «как девочка», но девочки в Сашкином классе были совсем не такие – крупные, сисястые, громкоголосые, они злобно били портфелями по головам мальчишек, щипавших их за попы. Инесса совсем не была на них похожа: она говорила тихим мелодичным голосом, смотрела ласково и улыбалась не кому– То, а так, вообще, как будто сама себе.
Оказалось, что в Инессином подъезде не работает лифт. Сашке пришлось тащить пакеты на седьмой этаж. Запыхавшийся и злой, он бросил их в прихожей и хотел тут же развернуться, чтобы бежать по своим делам, но Инесса остановила его:
– Постой! Я должна отблагодарить тебя.
Сашка остановился, но даже не успел подумать, как она собирается его благодарить. Инесса приблизилась, приподняла его лицо вверх и поцеловала прямо в губы – глубоко, сочно, медленно. Мальчишка ничего не мог сказать, он только хлопал глазами. Инесса засмеялась.
– Понравилось? Сейчас будет еще интереснее. Я тебя всему научу.
Она расстегнула пуговицы на его куртке и сняла ее с плеч.
– Молчи, ничего не говори, – хриплым шепотом сказала Инесса.
