Он чувствовал вес Кейтилин, лежащей подле него; она заснула. Её приоткрытые губы касались его руки, а рыже-каштановые волосы лежали на его плече. Он мягко передвинул её на её подушку, а затем опустился рядом с ней.
Как всегда перед сном, Нед молился о здоровье своей семьи и спокойствии для тех, кого потерял.
__________________________________
— Это последний, милорд, — шепнул Вейон Пуль, указывая на фермера и его жену с четырьмя маленькими, оборванными детьми, вошедших в приёмный зал. Нед кивнул, сдерживая вздох облегчения, и жестом указал чете шагнуть вперёд.
— Что побеспокоило тебя, добрый человек? — спросил он мужчину со своего каменного трона, ненамного выше, чем он сам.
— Пожар, мʼлорд, — сказал фермер, стоя прямо и гордо. — Кто-то пыталися сжечь меня дома ночию вместе со всеми моими ребятёнками. Мы не чувствуем себя в безопасности, и любезнейше просим Вашей защиты. — Его жена кивнула в знак согласия; её испуганные глаза показывали. что он говорит правду. Дети беспокойно суетились вокруг неё, но молчали, дёргая её за юбку и вытирая сопли из носов.
— Как твоё имя? — спросил Нед.
— Томас Блэк, мʼлорд Старк, — ответил он ясным голосом. Нед заметил в нём своего рода гордость, определённое простонародное удовольствие от выдерживания разных лишений, о которых многие дворяне не хотели знать. Они гордились не своим Домом, но в них всё равно было благородство.
— Где ты проживаешь, Блэк?
— Буде час езды от Вашего замка. Мы шли сюда пешком.
— Я не слышал о каком-либо пожаре, — сказал Нед, изогнув бровь дугой. — Но у меня нет причин сомневаться в тебе, мой добрый человек. Я пошлю людей, чтобы охранять твой дом ночью. Также, если есть какие-то повреждения, я с радостью отправлю людей отремонтировать его. — Вейон кивал рядом с ним, записывая в свою книжицу то, что приказал Нед.
Томас в благодарности склонил свою румяную голову.
— Благодарю, мʼлорд. Вы — щедрый человек. — Он повернулся к жене и детям, кивнув им.
— Спасибо, мʼлорд, — кротко сказала его жена. Томас крякнул детям у её ног, и они выпрямились, обращённые во внимание, прежде чем закричали все разом, не попадая в унисон:
— Спасибо, мʼлорд!
Нед усмехнулся их старательному рвению и понаблюдал, как они, пританцовывая, выходят из зала следом за своими родителями. Обрадовавшись, Нед вздохнул и поднялся на одеревеневшие ноги, не двигающиеся в течение нескольких часов.
— Что же, сколько людей, милорд? — спросил Вейон, всё ещё записывая в свою книжку.
— Пятерых должно быть им достаточно, — ответил Нед. — Двое — для охраны, трое — для ремонта.
— Хорошо, милорд, — сказал стюард и бодро зашагал прочь выполнять его приказания.
Выйдя из зала, Нед прошёл не больше двух шагов, когда перед ним предстал мейстер Лювин. Его руки были сложены в рукава, как обычно, а старческое лицо привычно не выражало никаких эмоций. Неду нравилось в нём то, что он был постоянен и верен. Он был более устойчив в своих привязанностях; больше даже, чем мейстер его отца. Нед поприветствовал его кивком.
— Письмо, милорд, — сказал Лювин, переходя сразу к делу. Добрый мейстер вытащил из своих бездонных рукавов бумагу и положил Неду в ладонь. — Оно от королевы Лианны, — объявил он своим мудрым голосом. Нед заметил, что он не ушёл тотчас, а задержался, наблюдая, как он взял письмо в руку. Лианна, задумался Нед, воссоздавая её образ в своей голове.
Лианна посылала ему много писем. Нед был уверен, что она утомила многих птиц Королевской Гавани одной только своей почтой; он получал по одному в неделю — длинные рулоны бумаги, каждый дюйм которой был заполнен её ленивым почерком, подробно описывающим каждую радость её придворной жизни.
Хоть все её письма и несли на себе королевскую печать — круглое алое пятно воска с изображением трёхглавого дракона Дома её мужа — она всегда подписывала письма — «Дорогой Нед», — витиеватым, искусным почерком, который затем превращался в торопливые штрихи, к которым он уже вполне привык.
Мейстер всё ещё стоял рядом, когда Нед просунул палец под печать, чтобы вскрыть её.
Дорогой Нед, писалось там. Как ты, милый брат? А как дражайшая Кейтилин, Робб и твой малыш? Извиняюсь, что не писала так долго. Боюсь, что в последнее время я стала слишком занята. Всякий раз, когда я хочу сесть и написать тебе письмо, кажется, что Рейгар стоит прямо за моей спиной и говорит мне прекратить… Затем она перечислила свои обязанности, складывающиеся в довольно загруженный график, пожелала ему всего наилучшего и закончила письмо с «Твоя любящая сестра, Лиа». В содержании письма не было ничего необычного, но что-то заставило его нахмуриться. Это была тягость, понял он, тягость чувств, которых она не хотела поверять… Боль? Печаль?
Он не знал. Лианна всегда находила способы скрыть то, чего она не хотела бы, чтобы видели другие.
