Эльфийка кивнула и взяла меня под руку. Мы чинно удалились, но я спиной чувствовал, что Лави продолжает испепелять меня взглядом. Ничего, пусть старается. Я же сам буду выращивать цветы. А для меня цветы то же самое, что для эльфа кошмар.
Но кони конями, а обустройство клумбы еще никто не отменял. В ту ночь мне не спалось. Я вертелся с боку на бок, пока проснувшийся Кай не уставился на меня горящими в темноте глазами. Зачем тратить время зря? Я оделся и тихонько спустился к главному входу — благо он не запирался ни днем, ни ночью. На небе взошло багрово-красное око Риа, покровительницы темных магов. Поэтому видно было как днем. Конечно, темные и в темноте ориентировались, как кошки, но зачем лишний раз напрягать зрение?
Я замер перед отведенным мне участком, вспоминая предложенные эльфийкой заклинания. И пусть ее идея с клумбой мне не понравилась, зато я определился с моей собственной. Итак, сначала создаем каскад.
— Ай делум ретре ми, — произнес я, пытаясь почувствовать силу земли. Ничего. Даже нигде не кольнуло. Это что за новости? Да, я никогда не работал с землей, но зачатки стихийной магии доступны любому темному.
Злость хлынула сквозь пальцы, и, вместо того чтобы создать каскад, земля брызнула в разные стороны. Фу! Теперь придется применить к одежде бытовую магию, в которой я тоже не силен, но к противной кастелянше не подойду и на расстояние заклинания. Хватит с меня формы! Благо профессора, видимо, поняли, что проще оставить меня в покое, чем учить уму-разуму. Однако я знал, что рано или поздно последнее слово останется за мной.
Треклятая клумба! Приказал себе успокоиться и опустился на колени. Слушай, земля. Знаю, мы, темные, тебе неприятны. Но раз уж мне надо сдать экзамен, давай хоть разок пойдем на мировую? Я же хочу как лучше. Вырастить цветы, чтобы ты была еще красивее. Так к чему нам пререкаться?
Почва дрогнула. Откуда-то из глубины раздалось утробное рычание, и глыбы земли потянулись вверх, выстраиваясь в ровный каскад. Верхний ярус застыл чуть выше моего роста, средний — на уровне груди, а нижний лишь слегка выдвинулся, не достигая колена.
Я сделал это? Я сделал это! Впору было плясать под всевидящим оком богини. Никогда еще не испытывал столько удовольствия от того, что получилось какое-то простенькое заклинание.
Разместить семена в землю оказалось легко. А дальше нельзя было торопиться. Лайла сказала прийти не ранее, чем через сутки и только тогда начинать подпитывать семена своей силой. Спать я ложился на рассвете. Зато весьма довольный собой. А так как впереди ждал еще один выходной, мог позволить себе проваляться до обеда. И провалялся бы, если бы в одиннадцатом часу в двери не постучали.
— Кого там принесла тьма? — вопросил я из-под одеяла.
— Эрин, выходи! — раздался бодрый голос Лайлы. — Ты должен это видеть!
Раз эльфийка явилась за мной лично — значит, действительно должен. Поэтому быстро оделся, даже не умывшись, захватил Шуна и выскочил в коридор. Лайла уже начинала притопывать от нетерпения. Она была чудо как хороша в платье цвета молодой листвы. Декольте прикрывали белые кружева, оставляя простор для воображения, а чуть укороченная юбка позволяла разглядеть ноги.
— Хватит на меня пялиться! — гаркнула высокородная леди, мигом разрушая прелестную картину. — Идем, а то опоздаем.
Мы летели по лестнице так, словно за нами гнались легионы светлых сил, желающих погубить еще одно создание тьмы. Шун вцепился в мое плечо и отлипать не желал. Когда главная аллея осталась позади, я понял, куда мы несемся. На конюшню. Видимо, кошмар продолжил приручать эльфа.
Лави стоял перед конем. Значит, мы не опоздали. В руках он держал корзину, полную деликатесов. И где только раздобыл? Наш ушастый друг по очереди предлагал коню то морковь, то яблочко. Когда дело дошло до пирожного с вишенкой, мое терпение лопнуло, и я расхохотался. Но Лави сделал вид, что меня не слышит.
— Ну же, миленький, — уговаривал он. — Ты же такой хороший коник. Взгляни, какая у тебя грива, какие копытца. Покатай меня, а?
Кошмар выразительно всхрапнул и повернулся к эльфу хвостом, ясно давая понять, что он думает о его предложении.
Зато Шун с веселым визгом забрался Мраку на спину и показал Лави розовый язычок. И, что самое занятное, Мрак не возражал. Он покосился на малыша — и позволил ему сидеть сверху.
— Издеваешься? — прищурился раздосадованный Лави. — Значит, этому мелкому прохвосту на тебе кататься можно, а мне нельзя?
Что произошло дальше — не поняли ни я, ни Лайла, ни, похоже, сам Мрак. Потому что эльф подбросил себя в воздух заклинанием левитации и переместился на спину кошмара. Шун поторопился убраться ко мне на плечо. Мрак постоял в задумчивости одну секунду, две — и встал на дыбы, забив копытами в воздухе. Но Лави вцепился ему в шею и расцеплять руки не собирался. Мрак вылетел из загона и помчался по территории академии. Он несся так, что Лайла даже испугалась за жизнь брата.
— Эрин, сделай что-нибудь, — бросилась она ко мне.
