Земля мягко засветилась. А я тянул время назад. К тому моменту, когда сам покинул клумбу. Замелькали образы. Сначала Лайла, которая полюбовалась на цветы и ушла. Затем долгое время никого не было, и вот появились трое. Они кутались в плащи, боясь быть узнанными. Но зачем мне их лица? Мне нужна их магия.
Два травника, один — нет. Но пока было неясно, какой магией он обладает. Над клумбой работали травники, их спутник стоял на страже. Что ж, он останется жить. И мучиться. А двое его товарищей навеки отправятся к предкам. Моим, если быть точным.
— Кто? — спросил я у земли. — Отвечай мне!
Земля молчала.
— Приказываю, отвечай! — мой голос зазвенел, как струна. И земля откликнулась призыву повелителя. Я увидел их — и сжал кулаки. Да, злоумышленников было трое. Терри, жених Лайлы. Родес, который еще не забыл нашу стычку. И Деммер с факультета фамильяров.
Губы искривила усмешка. На самом деле, мстить удивительно легко. Но я не думал, что так приятно. Идти за ними самому? Слишком велика честь. У меня есть тени — верные слуги тьмы.
Три черных сгустка сорвались с пальцев и унеслись прочь. Туда, где их уже ждут жертвы. Те, кто посмел меня оскорбить. Оставалось только подождать. Я замер перед клумбой, скрестив руки на груди. Минута, две. Тени задерживаются. Хотя вот и они!
Теневые сущности тащили моих врагов. Они волокли их за ноги по земле, а те пытались завизжать, только не издавали ни звука. Не хватало еще, чтобы мне помешали. Мои слуги швырнули злоумышленников мне под ноги и превратились в путы на их руках, чтобы заклинаниями не швырялись.
— Добрый вечер, господа, — шутливо поклонился я. — Как жизнь? Отпраздновали сдачу экзамена? И мое унижение? Или еще не успели?
— О чем ты, Вестер? — трясущимися губами спросил Родес. — Ты же сдал.
— Сдал, — кивнул в ответ. — Но на клумбе росли не арацении, а совсем другие цветы. Кто мне скажет — какие? Давайте, как на лекции, поднимайте руки. Не можете? Вот незадача. Увы, руки вам больше не пригодятся. Игни!
Тени превратились в пламя, вгрызаясь в кисти рук. Но криков не было. Не люблю я их. Да и ненужных свидетелей могут привлечь.
— Продолжим, — остановил я заклятие, давая врагам временную передышку. Они шипели от боли. А мне было все равно. Их жизни не стоили ровным счетом ничего.
— Вестер, не надо, — это уже Терри. — Да, это мы испортили твою клумбу. Просто шутка. Неудачная шутка. Хочешь, мы пойдем к профессору Кевлису и обо всем расскажем? Прямо сейчас.
— Поздно, — улыбнулся я, и почему-то этой улыбки все трое испугались больше, чем угроз. — Простите, любезные господа, но темные не прощают врагов.
— А если об этом просят друзья? — Кай шагнул ко мне из темноты. Не надо было быть пророком, чтобы понять — демон зол. Его глаза полыхали алым. Так недоволен, что навожу в академии свои порядки?
— Ты просишь за них? — поинтересовался на всякий случай.
— Прошу, — Кай склонил голову. — Лайла рассказала мне обо всем, что произошло. И эти трое, безусловно, заслуживают наказания. Но не смерти. Да, ты темный, но ведь не убийца.
— С чего ты взял? — я начинал приходить в себя. Холодный ночной ветер притуплял злость, вот только это не значит, что кого-то можно отпустить.
— Вижу, — усмехнулся Кай. — Зачем тебе это клеймо? Понимаешь, какая штука. Любое проклятие можно обратить. Любое наказание — отменить. Лишь смерть обратить нельзя. Стоят ли твои цветы чьих-то жизней, Эрин Вестер?
— И это говорит демон? — Тьма не желала уходить без пищи.
— Это говорит твой друг. Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за этих дураков, которые решили, что деньги их родителей сберегут ото всех опасностей и бед. А в стенах академии можно действовать по своему усмотрению. Давай придумаем другую месть, Эрин.
— Давай, — пожал я плечами. — Например?
— Проклятие? — предложил Кай.
— И вечер в обществе арацений. Раз уж они так любовно превратили в них мои цветы. Тени, за мной!
Слуги подняли моих врагов и потащили в сторону оранжереи. По дороге я обдумывал проклятие, которое удовлетворило бы тьму во мне. А ожоги им и так останутся на всю жизнь, как метка.
— Стоять! — скомандовал маленькому отряду. — Решил. Магичить буду здесь, чтобы не задеть арацении. Ты, — ткнул пальцем в Терри, — будешь вонять так, что к тебе никто не подойдет ближе чем на пятьдесят шагов. Исчезнет, когда осознаешь свою вину. Тебя, Деммер, я награжу рогами. Настолько огромными, чтобы ни в одну дверь не вошел. И ты, Родес. Ты у нас станешь таким уродливым, что будешь бояться собственного отражения. Мое слово!
Вредители попытались протестовать, но разве мне можно противоречить? Тени растворились в них, чтобы ровно в шесть утра дать начало разрушительной деятельности проклятий. А пока…
Втолкнул всех троих в оранжерею. Арацении встречали меня дружным гулом.
— Девочки, — улыбнулся я им, — эти трое посмели меня очень обидеть. Окажите им достойный прием. Прошу, господа. Присаживайтесь, ночь будет длинной.
Тени приковали врагов к длинной скамье, прямо в окружении милейших арацений. Цветочки оживились и попытались попробовать гостей на зуб.
