Я не стал допытываться до неё, почему она ничего не помнит о своей маме, потому что это может привести как раз таки к разговору об отражениях. А потому я сосредоточился на отце. Не мог же это быть тот самый Констабаль, предатель Сенона. Однако, согласно описаниям его внешности, которые дала Эвелина, если это был не он, то кто-то, очень сильно похожий на него: высокий, бледнокожий, с вытянутым лицом и, конечно же, устрашающими серыми зрачками. Дочь не могла также не отметить его выдающиеся магические способности. Она восхищалась своим родителем и превозносила его, училась у него и пыталась быть похожей на него. Но потом он исчез. Я переспросил:
- Исчез значит умер?
- Нет, он никогда не говорил о смерти. Он же могущественный чародей. А такие не умирают. Он просто сказал, что ему нужно исполнять своё предназначение.
- А каким отцом он был? Злым или добрым?
- Это неправильные слова. Он был хорошим отцом. Где нужно, он проявлял строгость, где нужно – мягкость. Но никогда не переходил черту.
Она рассказала некоторые моменты из своей жизни, когда Констабаль обучал её этикету и магии. И, пока эта история изливалась из её уст, я наблюдал за тем, как это запечатлелось в её сознании. Да, то, что она рассказывала о своём детстве, было выдумкой, было чьим-то другим воспоминанием. Констабаль на самом деле не был её отцом. Сложно пока что-то утверждать, однако то, что он отразился в воспоминании другого человека, могло означать лишь одно: он был здесь до того, как зеркало тьмы начало действовать. Если предположить, что артефакт поменял местами тех, кто тут был, с теми, кто вышли из зеркала, то этот сенонец исчез вместе с предыдущими существами. Означает ли это, что он вычеркнут из истории? Что никто никогда больше не увидит сенонского предателя? Слишком мало знаний об этом.
Я стал интересоваться у Эвелины о Лагрезе. Она рассказывала о нём без какой-либо неприязни. Брат как-никак.
- Он был непоседой с самого рождения.
Тут в самую пору задать ей вопрос, как же родился Лагрез, если даже она росла без мамы, но не стал.
- Учителя пытались втемяшить в него магические знания. И сперва он вроде бы как взялся за ум, однако со временем ему надоело. Видите ли, долго всё это происходит. А потому начал сбегать из дома. Его много раз обратно приводили стражники. Он даже сбежал с собственной коронации. Представляешь? Кто, будучи в здравом уме, сбежит от собственной коронации? Но однажды он убежал на очень долгое время и пропал. Поговаривают, кого-то, похожего на него видели аж в Хрестио́ре. Я направляла стражников на его поиски, но всё было тщетно. А уже после этого спустя много дней началось вторжение тёмных, и я забыла о собственном брате, с головой погрузившись в эту ужасную войну. И только после того, как тёмные остановили своё победоносное нашествие, дав нам возможность перевести дух и собраться с силами, я узнала, что их ведёт этот Лагрез. Он был ужасно горд тем, что нашёл своих единомышленников, которые не придумывают многочисленных правил и ограничений, кто живут, не зная границ, и, самое главное, готовы были слушаться его. «Ну что, сестрица, померимся силами?» - насмешливо произнёс он, как будто бы всё это – просто игра. И после того, как она закончится, все, кто были убиты, просто поднимутся с земли, отряхнутся и вернуться к своим взрослым делам.
Все воспоминания об этом человеке были настоящими, пережитыми в самом деле, а не придуманными кем-то. Конечно, она рассказала не всё об этом разбойнике, потому что, несмотря на его манеры, она не перестала считать его своим братом и не хотела позорить его передо мной. К примеру, как делал ей непристойные намёки. Или как он пытался заставить двух женщин-прислужниц переспать друг с другом. И многое другое.
