- Потому что тогда бы среди вас или среди тёмных вы могли бы встречать плотный строй хорганского хирда, а также мастеров рунной магии. Но их нет.
- И куда же они делись?
- Точного ответа у меня нет, однако в одном я уверен: это как-то связано с зеркалом тьмы.
Лаодим принялся размышлять, и его ход мыслей всегда обходил доводы, которые могли бы привести к выводу, что он и его народ – это тёмное отражение хорганов Шикигама. Тем лучше для него.
Мы проехали Стиж, мы оставили позади Ларбитанию и устремились на запад вдоль хлебных полей. Лаодим рассказывал об этой местности, потому что он сам был отсюда родом. Тут были одни только деревни и совсем маленькие поселения, состоящие из нескольких домов. Проезжая мимо каждого населённого пункта, Лаодим произносил его название и немного рассказывал о нём. Истории были в основном о том, какие там гостеприимные и добрые жители. И я каждый раз всматривался в сущность людей, которые там обитали. Кажется, закономерность продолжала подтверждаться – чем меньше прогресса, тем меньше развращённости. Потому что эти деревни не были наполнены духом нечестия. Тут проживали исключительно чистые люди. И это было величайшим парадоксом. Но это никак не приближало нас к пониманию того, как мы можем бороться с этим пороком как-то иначе, кроме лишь исправление смертью.
Вот, прошло порядка 15 дней с того момента, как мы покинули Авангард, и Лаодим торжественно заявил:
- Хрестиор.
Самая обычная деревушка, ничем не отличающаяся ото всех, которые мы оставили позади. За исключением того, что западнее больше нет никаких поселений. Это было самым крайним. Я не ощущал здесь никаких магических артефактов, однако я чувствовал какое-то иное существо, доселе неведомое никому из разорада. Сначала оно витало над деревней, некий бесформенный сгусток тьмы, глядящий никуда иначе, а именно за мной. Когда мы повернули в поселение, живая тьма начала опускаться, показывая, где она сейчас находится в самом деле. Мирные жители встречали нас заинтересованными взглядами. Лаодим оставил повозку у самого крайнего дома и, обратившись ко мне сказал:
- Ну что, будем спрашивать у местных жителей?
Я ему отвечал:
- Не стоит. Я уверен, им ничего не известно. А так ты только встревожишь этих невинных людей.
- Тогда как мы поступим?
- Доверимся моему наитию. Пошли.
Не сказав ни слова, он двинулся за мной, а, когда понял, что я не собираюсь входить в дома, всё-таки решил спросить, откуда я знаю, куда нам нужно. Я ответил, что мне подсказывает моё воинское чутьё. Он ничего не сказал, а лишь следовал за мной.
Ничем не примечательная изба, чуть более дряхлая, чем остальные. Существо ожидало меня за той дверью. Когда я двинулся к этому дому, зентер спросил:
- Оно там?
- Надеюсь.
Хотя мой дух не ощущал артефакта – лишь двоих. Одним было то тёмное существо, а второй – как бы это странно ни звучало, сатларм. Мы постучались, и с той стороны приглушённо послышался мужской голос:
- Входите.
Когда дверь отварилась, голос послышался во второй раз, уже отчётливо:
- Мы вас ждали.
Лаодим изумился:
- Ждали?
Я не отвечал ему. Миновав прихожую, мы оказались в просторном полутёмном помещении. Просторным оно было не только за счёт своего размера, но и оттого, что тут практически не было мебели: к окну был приставлен небольшой стол, рядом с которым стоял стул, где сидел лерад, настолько измученный, как будто бы его недавно пытали. А то самое тёмное существо, которое меня сюда влекло, стояло напротив него и выглядело как прежде – бесформенный сгусток тьмы с тёмно-красными глазами.
Эти существа оба были отражениями. Причём лерад – это отражение того тёмного сгустка. Чьим отражением был уже сам сгусток, не понятно. По всей видимости, какого-то существа, которое присутствовало в этом мире до того, как артефакт был задействован.
- Найлим и Лаодим. - лерад произнёс это так монотонно, будто бы находился в какой-то прострации. Зентер спросил:
- Откуда ты знаешь наши имена?
- Мы знаем многое. И эти знания. Они бремя.
- Нет! – взревел тёмный силуэт своим голосом, похожим на звериный рык, - Лишь для слабых душ они – бремя. Если мы отделимся друг от друга, тогда ты освободишься от этого, как ты говоришь, бремени, но станешь слабым.
Обратив свой измученный взгляд на того, чьим отражением он стал, сатларм отвечал:
- Скорее бы.
Я подхватил его слова:
- Если вы знаете многое, то должны знать, что мы пришли за зеркалом тьмы.
Сатларм отвечал мне:
- О да, мы знаем. Но вы опоздали. Лиходей утащил его к себе, чтобы гном не задействовал его силу и не выпустил следующих существ, чтобы они уничтожили тёмных.
Лаодим обрадовался:
- Правда? Так это ж хорошо! Получается, Шикигам за нас?
Я ответил ему:
- Не торопись, - а далее обратился к тёмному и спросил, - Ты заглянул в зеркало, чтобы узнать, кто будет следующим?
Тот лишь молча кивнул, подтверждая мои слова. Зентер глянул на меня:
- И что? И кто будет следующим?
- Сатлармы.
- Те самые фанатичные поборники света? Тогда что это получается, спасибо Лагрезу за то, что не дал сделать это Шикигаму?
