Мы в шахту опускаемся как в ад,Не зная, или суждено подняться,Ползу по горизонту словно гад,Что б в черный пласт врубаться и вгрызаться.Не знаем мы, ни завтра, ни вчера,Ведь завтра будет новое сегодня,Для тех, кому судьба, жить до утра,Кто в шахте был, тот видел преисподнюю.Мы уголек рубаем за гроши,Но нам всегда на выпивку хватает,И перспективы наши хороши,Другой судьбы шахтеры не узнают.И жены не перечат нам давно,И для детей судьбу другую ищут,Но жизнь сменить, возможно, лишь в кино,И то, наверно, одному из тыщи.Растают все отцовские мечты,Мы все угля и выпивки холопы,И выбор небогат у сироты,Ему одна дорога в углекопы.У дочки тоже выбор небольшой,В медовый месяц сделаться вдовою,А суждено везение судьбой,То мужа ждать поутру из забоя.И все, что в этой жизни нам дано,Мы пьяными устами проклинаем,Но изменить, навряд ли, суждено,Ведь это наша жизнь, другой не знаем.<p>Пигмалион</p>На маленьком острове Кипре,Под моря печальный стон,Жил в хижине тихо, тихоХудожник Пигмалион.О женщинах думал с презреньем.Безбрачный обед принял.Но, как-то в порыве забвеньяОн девушку изваял.В ней было величие моряИ жаркая сила светил.И с разумом в сердце споря,Он статую полюбил.От этой любви бесконечной,Художник лишился сна.На муки страданий вечных,Его обрекла она.И стал он молить Афродиту:«Могучая, пощади,Ведь сердце не из гранита,К любви моей снизойди.Пошли мне жену, владыка,Статуе моей под стать.С устами как свежесть арыка,С глазами как водная гладь.Иначе не будет мне жизни.Бери дар священный богов.Из сердца пронзенного брызнетЛюбовь, или горькая кровь».И вняла мольбам богиня.Когда он пришел домой,Увидел взгляд теплый и синийСкульптуры своей немой.Улыбка лицо изменила,Безбрежное как океан.В руках тепло появилосьИ жизнью налился стан.И не было в мире счастливейИ не было веселей,Чем те, для кого в целом мире,Судьбы не найти милей.Кто сам своих милых ваяет,Кто верит в них, кто их ждет.Кто светел, кто чист, кто мечтаетТот счастье всегда найдет.<p>Нищий</p>
