– Скорее всего. Но ты мог использовать землю.
– Да что ты понимаешь в тонкой материи, вояка, – возмутился Аэлирн, скосив взгляд на рыжую макушку перед собой. Здесь был такой мрак, что он едва мог различить собственные руки. – Даже люди до этого додумались, а ты ещё спрашиваешь. Энергия не берётся из ничего и не исчезает бесследно. Как думаешь, на что потребуется больше сил – на то, чтобы поднять камень ветром, или на то, чтобы ещё и землю привести в движение?
– Но если я правильно понимаю, то тебе нужно затратить примерно столько же сил, сколько бы ты приложил, чтобы поднять глыбу голыми руками.
– Верно. А с чего ты этим вообще заинтересовался? Просто поболтать захотелось или у тебя есть какая-то цель? – Аэлирн чуть сощурился, но споткнулся и едва не полетел вниз, вовремя ухватившись за выступ на стене.
– Просто поговорить, – пожал плечами Лаирендил, внимательно глядя перед собой и стараясь не морщиться от нелестных высказываний Аэлирна в сторону тех, кто построил этот тайный ход. – Ты против? Или это мешает тебе сосредоточиться?
– Нет, не против. – Согласился Павший, но больше ничего не сказал.
Они вышли в нижних темницах, и света здесь было ничуть не больше, чем прежде. Кажется, тьма стала лишь гуще с приходом Тёмных. И тот, и другой лазутчик, хранил молчание, внимательно поглядывая по сторонам и прислушиваясь к самому малейшему шороху. Из одной из закрытых камер доносились вопли и мольбы о пощаде, а запахи, исходившие оттуда, и вовсе не должны быть упомянуты. Так, по крайней мере, подумал Аэлирн, прикрывая нос и рот рукавом плаща. Пока никто не вышел из камеры, они торопливо поднялись по ступеням в верхние подземелья, где приходилось быть ещё осторожнее. Здесь изредка встречались пятна света, источниками для которых служили крохотные пульсары. Они время от времени перелетали с места на место, выхватывая из мглы ту или иную камеру. Чаще они были пусты, реже можно было увидеть нечто, мало напоминающее человека или что-то человекоподобное. Не став заострять на том внимание, Аэлирн в тени двинулся прочь из подземелий, и дракон безропотно последовал за ним. В замке царило самое настоящее оживление, то и дело слышался топот ног, скрежет доспехов и быстрые, резкие команды. В общем, всё звучало так, как если бы мальчишка разворошил пчелиный улей.
– Ну что, как поступим? – поинтересовался дракон, глядя на Павшего с лёгким любопытством.
– Поймаем служку и спросим, где госпожа Велиана, что тут сложного? – дёрнул плечом Павший, а затем действительно перехватил юношу-дроу, облачённого в одежды пажа. – Эй, мелкий, где госпожа Велиана?
– В казармах, господин, – мальчишка вжал голову в плечи и поспешил выбраться из хватки Аэлирна.
– Ты не боишься, что он донесёт? – с некоторым сомнением поинтересовался дракон, глядя на Аэлирна, бодро марширующего в сторону казарм. – Или что это, предположим, хитроумная ловушка?
– Ты думаешь, что этот оболтус узнал в нас тех, кто мы есть на самом деле? – с лёгкой издёвкой вскинул бровь Аэлирн, не поворачиваясь к дракону и тихо мурлыкая себе что-то под нос. – Будет неприятно, если наткнёмся на дознавателей, но давай обходить этих товарищей стороной? И их начальника тоже. Если я его убью, Льюис меня не простит.
– Ты считаешь, что это правильно? – ухватился за желанную ниточку дракон, нагоняя Аэлирна и хватая его за плечо. Павший смерил его ледяным, яростным взглядом и поджал губы в тонкую линию. – Думаешь, правильно давать ему такую волю? Он же не сможет справиться с силами Павшего и сойдёт с ума совершенно! Неужели правильно позволять ему делать что-то подобное?
– Как ты думаешь, что случится с тобой и теми, кто встанет у него на пути? – прошипел Аэлирн, хватая дракон за воротник и прижимая его к стене, вперив в него гневный взгляд. Он дрожал от злости, что накипела в нём с момента возвращения в этот мир.
– Он нас убьёт? – с некоторым безразличием поинтересовался Лаирендил, не торопясь вырываться из рук светловолосого.
– Вас убью я. – Спокойно улыбнулся мужчина, выпуская рыжего из пальцев и возобновляя прерванный путь. – Не пойми меня превратно, Лаирендил, но я пришёл сюда за ним. Я вернулся, чтобы следовать за ним до самого конца. И если он желает разнести Тёмных на молекулы, я ему в этом с удовольствием помогу.
– Ты же знаешь, ты видишь, что с ним происходит. Аэлирн, он не справится. – Дракон волновался за своего господина, он не желал быть тем, кто будет вести на Павшего-безумца охоту. И дело было не в страхе – ему не хотелось идти против того, кто познакомил его с истинным счастьем. – Я прошу тебя, не дай ему совершить глупость. Ты же знаешь, каково это – быть Павшим, быть на краю. Ты знаешь, что на него объявят охоту, если он потеряет разум.
– Знаю. Именно поэтому мы сейчас делаем то, что делаем, – огрызнулся Аэлирн, быстро глянув на рыжего, а затем выйдя во внутренний двор замка. Как ни странно, на них вовсе не смотрели, даже те, кто нёс ночную вахту. – А если ты закончил читать мне морали, то предлагаю найти Велиану и выбить из неё ценные сведения.
