Вопрос задел меня за живое и поставил в тупик одновременно. Я медленно поднял взгляд на мужчину. Он смотрел на меня испытующе, мрачно и с явной горечью, что дало мне понять - Габриэль был ему более, чем близок, а оттого ярость стала закипать внутри меня, в крови загустело желание мести, но я терпеливо пережил порыв и тихо выдохнул:
- Габриэль мёртв. Его убил Джинджер. Он…
- Джинджер, - прошипел Морнемир, и в его глазах полыхнуло всамделишное пламя - я даже на миг испугался, но лишь на миг. - Что он с ним сделал?!
- Виктор мог погибнуть от его руки, но Габриэль заслонил его и получил два удара кинжалами… они… Они должны лежать в рюкзаке, который был при нас. Вы его взяли?!
Полукровка сдержано кивнул, но было видно, что он желает смерти моему брату не меньше, чем я сам. Невольно я почувствовал некоторое моральное удовлетворение от того, что тот страдает. Собственническое чувство, которое орало во мне во всю глотку: “Габриэль мой!” не давало мне повода для жалости к этому мужчине, хотя я и понимал, что если бы не он - нас бы здесь не было. Как я уже понял, этот товарищ заправляет здесь всем.
- А теперь говори, что с Виктором и когда он поднимется на ноги, - неожиданно-резко даже для себя потребовал я, осторожно погладив брата по волосам вновь, и с нежностью различив на его губах слабую улыбку.
- Когда господин Виктор спасал вас, он получил сильные повреждения от огня и чьего-то лезвия - вероятно, одного из тёмных магов, но ваша аура спасла ему жизнь - вы вытянули его с того света, и только благодаря вам он и остался жить. Вам и кому-то ещё - очень сильному и поддерживающему вас обоих - нам так и не удалось проследить, куда уходят магические нити. Вы здесь уже второй день, и Виктору уже намного лучше. Через несколько дней наши лекари справятся с его ранами, а у вас будет время передохнуть и…
- Нету времени расслабляться, - отрезал я, вскинув взгляд на полукровку и с недовольством отметив, что он подсел ближе. - Как только Виктор полностью восстановится, мы отправимся в Сиэтл. А я всё это время буду учиться, понятно вам?
Мужчина смотрел на меня несколько мгновений с непониманием, которое затем сменилось холодной злостью, даже выражение лица его поменялось на надменное и неприступное, как и он сам, полагаю.
- Вам бы следовало обращаться ко мне вежливее, Льюис. Вы, безусловно, можете стать нашим королём, но до этого вам ещё нужно дожить. А пока что вы - вшивый перевёртыш, которого очень плохо воспитали. Не помешало бы вам пару раз всыпать плетей, - произнёс он спокойно, хотя я и видел, как дрогнули его руки, явно собираясь сомкнуться на моём горле.
Полукровка порывисто поднялся и скривил губы, словно бы я ему был противен. Впрочем, не сомневаюсь, что именно так оно всё и было, вот только он ещё и не знал, насколько сильно это взаимно. Пожалуй, я мог бы отплатить ему с лихвой и не устыдиться. В тот момент, когда мы явно собирались разодрать друг друга на куски, вошли эльфийки - одна несла графин с молоком приличного размера и чашку, другая несла поднос с блюдом благоухающего мяса с картофелем и свежими овощами, а третья несла мне одежду, что дало мне понять - я лежу под одеялом в чём мать родила. Невольно покраснев, я кинул взгляд на Морнемира, который в этот момент шёл в сторону двери. Именно тогда я пожалел, что не обладаю смертельным взглядом какого-нибудь василиска и не могу уничтожить мужчину. Девушки, забавно переглядываясь и хихикая, поставили поднос и графин на тумбу, а затем отвернулись, позволяя мне переодеться. Двигаться было трудно, а слабость в ногах невольно наводила меня на мысль, что они у меня могли быть переломаны, но лекари это исправили. Впрочем, эту глупую мысль я тут же отогнал и оделся. Мне выделили свежее бельё и мягкие атласные брюки на резинке цвета пасмурного неба и свободный белый халат, который мне был велик как минимум на два размера, но я с ним справился. Одежда не давила и не давала мне повода зажариться, чем я остался доволен. Поясница справа болела так, словно бы мне что-то отбили, но и об этом я старался не думать. Ушиб - сказал я сам себе и опустился обратно на кровать. Девушки тут же обернулись и принялись с хищными улыбками надвигаться на меня. Я хотел было перевоплотиться, но девушки лишь подмигнули мне и принялись за массаж ног. Опешив, я попробовал вырваться из цепких лап эльфиек.
Сперва было щекотно, а затем пришло отвращение. Мне показалось, что со стороны эти трое видят меня каким-то ханжой и избалованным аристократом, который привык ходить в шелках и использовать все приборы столового этикета. Мне было мерзко, что эти девушки с таким обожанием касаются моих ног, то ли пытаясь угодить, то ли оказаться со мной в одной кровати. Невольно поморщившись, я попытался вырваться, но эльфки впились когтями мне в ноги, и я замер.
- Не бойся, оборотень, - прощебетала одна из них, улыбнувшись и зазывно вильнув голой задницей. - Всего-лишь помассируем немного и оставим в покое.
