— Это тот пьяный американец, который был вчера в клубе? — Лицо Би выражало восхищение и страх. — Ты украла у него кошелек, пока он пытался тебя подцепить?
Камелия кивнула.
— Он был слишком пьян, чтобы запомнить даже день недели. Будет знать, как развращать малолетних.
— Но здесь же почти двести фунтов!
— Я сорвала джекпот, — ухмыльнулась Камелия. — Ладно, я знаю, о чем ты думаешь. Я обещаю, что больше не буду этого делать! С условием, что ты больше не пойдешь ни в один мотель.
Как только они начали осматривать квартиру, то сразу обо всем забыли.
— Разве она не идеальна? — Би бегала из комнаты в комнату, открывала белоснежные двери, дотрагивалась до окон. — У каждой из нас будет своя ванная и гостиная, где мы сможем развлекаться. — Би приподняла бровь и посмотрела на Камелию.
— Все как в раю! — Камелия села на покрытый ковром пол и достала сигарету. — Хозяин даже шторы и печь оставил, да благословит его Господь.
Несмотря на то что за окном был пасмурный январский день, белоснежная стена во дворе напротив отражала свет прямо в окна гостиной. Во всех комнатах лежали изысканные зеленые ковры, стены были покрашены в белый цвет, в комнатах размещались встроенные гардеробы. Оставалось только расставить мебель и развесить картины, чтобы стало уютнее.
— Десятка в неделю! — Би опустилась на пол рядом с Камелией. — Представляешь, как мы будем говорить таксистам: «Окли-стрит, Челси, возле реки». Они будут думать, что мы богатые наследницы!
— Может, пойдем поищем подержанные кровати? — предложила Камелия. — И полированный деревянный столик, чтобы поставить туда твою вазу с маргаритками?
Глаза Би наполнились слезами. Она и забыла, что рассказала Камелии о своей мечте. Она не могла выразить словами то, насколько важно для нее иметь настоящего друга, дом и возможность начать все сначала. С другой стороны, Би была уверена, что Камелия чувствует то же самое.
— На двести фунтов мы можем купить стол, маргаритки, кровати, и останется еще на то, чтобы отпраздновать, — поддавшись чувствам, она наклонилась, чтобы обнять подругу. — Но сначала я включу проигрыватель, тогда мы точно почувствуем себя дома.
— Нам надо найти нормальную работу, — сказала Камелия решительным тоном. Она лежала, раскинувшись, на диване и потягивала сигарету с марихуаной.
— Например? — спросила Би.
— Не знаю, — проговорила Камелия и медленно выдохнула через нос. — Может, уборщицами в туалете?
Они уже почти год жили на Окли-стрит в Челси. Осенью Би исполнилось двадцать лет, Камелии будет столько же в следующем месяце, прямо перед Рождеством.
На улице было холодно и темно, несмотря на то что было всего лишь четыре часа дня. За дверью сильный ветер гонял по тротуару листья и бумажки, но внутри было тихо. Работало центральное отопление, из проигрывателя доносились звуки нового хита Бобби Джентри «Я больше никогда не полюблю», а подруги готовились к предстоящей ночи.
Би сидела на подушке на полу, опершись о диван. На ней был мягкий розовый халат, в волосах бигуди. Она размахивала руками, чтобы быстрее высох лак на ногтях. Камелия все еще была в джинсах и свитере, она ждала, пока снова нагреется вода для ванны.
— Когда я была маленькой, то мечтала стать уборщицей туалетов. — Би обхватила руками колени. — Я представляла себя в таком симпатичном передничке, собственную маленькую комнатку с отоплением, удобное кресло и герань в горшках. Я то и дело выглядывала бы, чтобы проверить, не наложил ли кто-нибудь большую кучу и не смыл за собой.
— А что, если наложат на пол? — поморщилась Камелия и вздохнула.
— У меня был бы такой хитроумный прибор, с помощью которого можно легко все это подобрать на расстоянии вытянутой руки! — рассмеялась Би и оглянулась на подругу, лежавшую сзади. — Оставь мне сигарету, я еще не пробовала.
Камелия передала подруге марихуану, откинулась на спину и закинула руки за голову, подпевая под музыку. Они купили эту запись буквально вчера и теперь только ее и слушали.
Каждый месяц с тех пор, как девушки переехали в эту квартиру, они говорили о том, что надо найти настоящую работу, но все их попытки ограничивались лишь тем, что они открывали вечерние газеты и просматривали объявления. Девушки были недостаточно квалифицированы и могли зарабатывать лишь шестнадцать фунтов в неделю. Это было мало по сравнению с их заработком в клубе «Дон Жуан» — десять фунтов за ночь. Мэл и Би попали в ловушку.
Они были очень счастливы, что жили на Окли-стрит. У них появился не только собственный дом, но и чувство безопасности, в котором они так нуждались. Подруги с любовью выбирали каждый предмет мебели в магазине подержанных вещей на Портобело-роуд, покупали его и с гордостью везли домой. Самой дорогой вещью был зеленый вельветовый диванчик, на котором лежала Камелия, им удалось купить его за тридцать пять фунтов. За викторианский столик они отдали десять фунтов. У него была не очень хорошая столешница, но один мастер покрыл ее французской полировкой, что стоило всего пару стаканчиков.
