Камень полностью

Дома я был уже под утро, душ проигнорировал, решив помыться, когда встану, и завалился спать.

К моему удивлению, когда вышел из спальни в гостиную, Прохора не обнаружил, а увидел записку на журнальном столике: «Буду к двум, уехал по делам. Обед в холодильнике». Время подходило к часу дня, значит, воспитателя осталось ждать не так и долго. Разогрев еду, я пообедал, попил чай и включил телевизор. По всем каналам шли какие-то игровые шоу, с помощью которых я убил время до прихода Прохора, который не заставил себя долго ждать. Раздевшись, он прошел в гостиную и заявил мне:

— Тренировка там же, на территории университета.

Собирайся, гулена, нас ждут великие дела!

На этот раз я подошел к тренировке более осторожно, решил все делать плавно и аккуратно. Реализовать это у меня получилось только отчасти: этап ощупывания я пропустил, а сразу попытался настроиться на ментальный доспех Прохора. Получилось это чуть легче, чем в четверг. Сначала преобладало ощущение холодной бетонной стены, но потом доспех потеплел, как бы отзываясь на мой зов. В этот момент для меня защита моего воспитателя стала представлять некое хаотичное переплетение энергетических жгутов. Ощущение того, что я так ярко увидел все это, вызвало восторг, который несколько заглушил мои неприятные ощущения подташнивания и головокружения. Действуя только на интуиции, я попытался поправить эти жгуты, руководствуясь только мне понятным и непонятно откуда взявшимся преставлением о правильности их расположения. И мне это даже удалось — энергетическая структура ментального доспеха моего воспитателя начала меняться в сторону геометрически правильной решетки. В какой-то момент моральная усталость перекрыла доступ к ментальному доспеху Прохора, и я, с трудом сдерживаясь, сумел остановиться и прекратить тренировку. На лице моего воспитателя блуждала улыбка, он не обращал на меня никакого внимания, погруженный в созерцание каких-то своих ощущений и эмоций.

— Прохор! — позвал я его. А в ответ была тишина… — Прохор! — сказал я уже громче.

— А… Это ты Алексей! — Мой воспитатель попытался сфокусировать на мне свой взгляд. — Все хорошо?

— Все просто обалденно! Как ты себя чувствуешь?

— Готов горы свернуть! — прозвучало это так, что не оставалось сомнений, что это сейчас же будет исполнено.

Прохор, стоящий напротив меня, просто разрывался от энергии, переполняющей его. Слава богу, что у моего воспитателя хватало мастерства сдерживать эту свою силу. В конце концов он просто сбросил ее излишки в землю, отчего та зашипела и обуглилась.

— Лешка, заканчиваем на сегодня, иначе за последствия не отвечаю! — Прохор махнул мне рукой в сторону дома.

Пока шли домой, мой воспитатель еще два раза останавливался и сбрасывал излишки силы.

Поговорить мы с ним смогли только к вечеру, когда я, да и Прохор несколько пришли в себя.

— Садись! — указал мне мой воспитатель на диван гостиной, опять настроив этот прибор, в конце концов загоревшийся зеленым огоньком. — Что сегодня было?

— Сначала ты мне рассказываешь, — твердо сказал я.

— Хорошо, — кивнул он. — Все было нормально и вполне обыденно, пока ты, видимо, не приступил к более детальному исследованию моего ментального доспеха…

— Было дело… — кивнул я.

— Что ты с ним начал делать? — задал следующий вопрос Прохор и пояснил: — Это необходимо, чтобы все правильно тебе рассказать.

— Начал его настраивать…

— А подробности я могу узнать? Потому что у меня в голове все смешалось… — попросил меня мой воспитатель.

— Ну, как мне показалось, у тебя энергетические жгуты хаотично были расположены… Я и попытался их поправить, до правильной структуры.

— Да, что-то подобное я и чувствовал, — кивнул Прохор. — Сила сразу свободней пошла, а какое удовольствие я при этом стал испытывать, ты не представляешь! — Он аж зажмурился при этих воспоминаниях. — Да и сейчас состояние такое, что чувствую себя на двадцать лет моложе, хочется прыгать и бегать, а уж как хочется на полигон, ты даже себе не представляешь!

Я сделал над собой усилие, перешел на темп, и на пару мгновений настроился на ментальный доспех Прохора, а потом вновь вернулся в свое обычное состояние. За эти две секунды я успел увидеть, что энергетическая решетка доспеха моего воспитателя продолжает формироваться, становясь упорядоченнее и сложнее, но до завершения этого процесса еще далеко. Прохор почувствовал мое прикосновение и уставился на меня вопросительно.

— Мне кажется, — сказал я ему задумчиво, — на полигон тебе пока нельзя. Процесс еще идет, и когда он завершится, я даже не представляю. Давай поступим следующим образом: каждый день буду тебя смотреть, да и ты к себе будешь прислушиваться, а там и решим. Договорились?

— Договорились, — кивнул Прохор.

Около семи вечера пришла Алексия, которая попыталась помочь Прохору в приготовлении ужина, однако встретила с его стороны отчаянное сопротивление:

— Да мне и так нечем заняться, а еще ты тут под руку лезешь! — шутливо отмахнулся он от девушки.