– Нет, Алексей, она была не очень обычной женщиной, но ведьмой точно не была. И вообще, ведьмы очень редки, несмотря на все эти сказки для детишек. Я имею ввиду настоящих ведьм. А все эти бабки и знахарки со старцами и знахарями… – он покривился, – Так, ерунда… Пыль под ногами настоящей ведьмы! И все у нас на контроле. Как и их родственники. Кстати, – Пафнутьев опять обозначил свою фирменную улыбку, – у твоего Прохора богатый опыт общения с колдуньей. Они даже пожениться хотели… – Виталий Борисович внезапно замолчал, а через пару секунд продолжил. – Погибла она на той войне, не успела в полную
Когда Виталий Борисович вышел из гостиной, я задумался: как же мы с ним технично обошли тему биологического отца Алексии! «Влететь» на этом я не боялся – о том, что настоящим отцом девушки является Иван-Колдун, догадаться было совсем несложно и без его ко мне «визита». Пугало другое – слова Пафнутьева о том, что Леся может превратиться в ведьму! Но, с другой стороны, Иван-Колдун явно дочери желает только добра, и, следовательно, снимая с девушки установленный им же блок, не боится подобных последствий. Может он знает что-то, что не знает Пафнутьев? Скорее всего…
***
– Маша, ты подумала насчет нашего вчерашнего разговора? – Император пристально смотрел на жену.
– Да, Коля. – ответила Императрица, занятая выбором украшений, в которых ей предстояло явиться на новоселье к внуку. – Учитывая то, что Алексей защитил Машку с Варькой от этих трех выродков, среди которых был колдун, который мог натворить бог знает что, да еще и наказал их самым… показательным образом… – Мария Федоровна с довольной улыбкой повернулась к мужу. – Я решила простить внуку часть его прегрешений и закопать на время топор войны. Да и Машка отдельно попросила меня отнестись к брату более благосклонно. Хотя бы сегодня. А уж когда я прочитала эту статью Аньки Шереметьевой… – Императрица закатила глаза. – Веришь, Коля, даже слезу пустила… Внук-то у нас с тобой оказывается герой! А я, дура старая, этого до сих пор не замечала! – она тяжко вздохнула. – Так что не переживай, дорогой, на новоселье Алексея я буду вести себя, как и подобает любящей бабушке. Ты доволен, твоё Величество?
– Любящая бабушка, говоришь?.. – Император с подозрением разглядывал жену. – Ты опять какую-нибудь пакость задумала, Маша?
– Коля, тебя не поймешь! – фыркнула Императрица. – Какая пакость? Определись уже со своими желаниями! То тебе образцовую жену и бабушку подавай, то тебе уже и это не нравится.
– Ну, Маша, смотри… – протянул Император, не желая вступать в бессмысленную полемику с женой. – Я буду за тобой приглядывать.
– Ой, напугал! – опять фыркнула она. – Одним соглядатаем больше, одним меньше… Всё, дорогой мой, не мешай. Я перед любимым внуком и его бабами должна предстать во всём своем блеске и великолепии!
Император мысленно плюнул и вышел из огромной Кремлёвской гардеробной жены.
***
– Ну что, вы подумали насчет Кольки и Сашки? – Николай смотрел на двоюродных братьев.
Старшее поколение Рода Романовых, вернее, его мужская половина, расположились в рабочем кабинете Императора.
– Бог с ними! – махнул рукой Александр. – Пусть едут внуки. Может после этой поездки поймут, что учиться лучше надо.
– Ты себя-то вспомни в эти годы, Шурка! – ухмыльнулся родной брат Императора, Великий князь Владимир Николаевич. – Много ты о учебе думал, когда в женский корпус по ночам на свиданки бегал и с губы не вылезал?
– Хм… – Александр сделал вид, что откашлялся. – И мне потом, так же как и внукам, родители вместе с начальником училища мозг выносили! Как и вам всем, впрочем! Традиция, понимаешь… Да и репутацию Романовых надо в Обществе поддерживать. – он подмигнул Владимиру. – Но новое поколение нас переплюнуло! По поводу их поведения уже и Советы Рода собираются. – Александр с ухмылкой смотрел на Николая.
