Камень Книга четвёртая полностью

– Нормально прошло. – Цесаревич сел в кресло и потянулся к графину с водой. – Эти две дуры, как ты меня и предупреждал, до последнего молчали. Вот они как маму бояться! Я уже к угрозам собрался переходить, да Лешка вмешался со своим гневом.

– Вот как? – хмыкнул Император, наблюдая за тем, как сын жадно глотает воду из стакана. – Подействовало?

– Еще как. – Цесаревич поставил пустой стакан на столик. – Даже меня проняло. А уж про этих я вообще молчу. Думал все, абзац котятам. Мне тут доложили, что эти две дамочки из особняка сразу к маме сразу рванули, явно с жалобой на злобного Великого князя Алексея Александровича.

– А куда им еще бежать? – пожал плечами Император. – Если даже тебя проняло. Ладно, за действиями твоей матери я понаблюдаю, чтоб она очередных глупостей не натворила. Слушай, Саша, а Алексей сильно злился во время вашего разговора с этими двумя Валькириями?

– Не сильно. – помотал головой Цесаревич. – В руках себя держал. Больше для вида дергался, чтоб этих двух напугать. И знаешь что? – он усмехнулся. – Я прям молодую копию тебя видел. Только пострашнее.

– В каком смысле? – Император сделал вид, что ничего не понял.

– В том смысле, что Алексей умеет создать нужную для беседы атмосферу. А уже эта атмосфера позволяет ему очень быстро достичь требуемого от собеседника результата. Никакого крика, топанья ногами и прочих звуковых и визуальных эффектов, просто всем сразу становиться понятно, что будет так, и никак иначе. А уже потом собеседники успокаивают себя всеми этими причиндалами в виде фамилии Алексея, его гнева и соответствующей репутации.

– Уверенность в правильности своих действий и вера в себя, Саша, способны горы свернуть! – пафосно провозгласил Император рецепт успеха.

– Ага… – кивнул Цесаревич. – Главное, чтоб эта вера в себя не превратилась у Алексея в веру в собственную непогрешимость.

– Ну, Саша, мы же с тобой этого не допустим, ведь так?

– Так.

– Да и Белобородов с Пожарским за внуком присмотрят. Плюсом Пафнутьевы идут с их тайнами Мадридского двора. Виталий, кстати, от тебя продолжает шифроваться?

– Да. Как и от Прохора.

– Вот и пусть шифруется дальше со своей Леськой. – хмыкнул Император. – А Алексей продолжает о ней заботится. Ему полезно, пусть к ответственности за других привыкает. Мы внучку попозже еще что-нибудь подкинем, чтоб не заскучал. Ты ему про Юсупову сказал?

– Сказал. – кивнул Цесаревич. – Реакция была точно такой, какую мы и ждали. Уверен, он теперь на контрасте к Шереметьевой будет настроен более благожелательно. Тем более, Алексей опять с Юсуповой и Долгорукой поругался. Вернее, они с ним.

– Да?.. И что?

Цесаревич рассказал.

– Растет внучок. – Император довольно откинулся на спинку кресла. – Не стал из мухи слона делать, да еще и на собственную гордость наступил, когда на ужине у Юсуповых через Шереметьеву настоял, да и с Долгоруким о молчании его сестры договаривался. Ладно, Саша, ты продолжай отслеживать развитие ситуации, но не вмешивайся ни в коем случае. А последние новости узнавай через Белобородова и свою агентуру в Родах, к Лешке не суйся. Договорились?

– Сделаю. – кивнул тот.

***

– Чего вы ревете? Можете мне нормально сказать, что случилось? – прикрикнула Императрица на двух своих доверенных Валькирий, которые срочно испросили ее аудиенции. – Ночь на дворе, а вы воете! Сейчас весь Кремль перебудите!

Спустя некоторое время Императрица все же добилась от женщин внятного рассказа.

– Матушка-Государыня, он нам скорую встречу пообещал! – размазывая по лицу не перестающие бежать слезы, всхлипывала старшая из пары. – А Александр Николаевич все это слышал и ничего Алексею Александровичу не возразил!

– Хватит ныть! – опять прикрикнула Императрица. – Дайте подумать!

Ситуация была – хуже не придумаешь! Внучок действительно мог довести в этом плане свою месть до конца. А она не могла ему этого позволить – в этом случае урон ее репутации будет нанесен непоправимый. На Валькирий ей было плевать – сами виноваты, надо было доводить дело до конца и арестовывать Петрова за применение стихий, там бы кривая куда-нибудь бы и вырулила… Да и таких исполнителей у Императрицы было немало. Но вот кто с ней после подобного согласится добровольно работать, если она элементарно не может обеспечить защиту своим исполнителям? Беда… Остается одно – вытаскивать этих… А уж они после этого будут преданы ей до гробовой доски. Но как вытаскивать? К мужу идти бесполезно, к старшему сыну тоже, ведь именно Александр, явно согласовав все с Николаем, и вытащил этих двух клуш с дежурства и запретил им пользоваться телефонами. Остается только одно…

Императрица взяла со стола телефон и натянула дежурную улыбку:

– Коленька, сынок, я тебя не разбудила?.. Детей укладывал?.. Вот ты у меня какой примерный отец семейства! Не то, что некоторые. Коленька, сынок, мне тебя надо срочно увидеть… Да, дело безотлагательное… Скоро будешь? Жду, мой дорогой.