Камень Книга тринадцатая полностью

Возвращение в себя было резким, как будто я вынырнул на поверхность бурной реки после длительного погружения без кислородного баллона. Привязка к действительности и восстановление последних воспоминаний заняли еще какое-то время, а вот переход на темп для оценки потенциальной угрозы дался мне с огромным трудом — боль ударила по вискам, меня чуть не вырвало, и тут же ощутимо заныли мышцы по всему телу, как после длительных физических нагрузок.

Похер на боль! Перетерпишь, Пожарский!

И опять я переживал напрасно: княжество Монако продолжало жить своей обычной ночной жизнью, а угрозы мне и моим близким не чувствовалось от слова совсем. Это же касалось и Коли с Сашей, спокойно посапывающих на кровати — похоже, братья не слышали моего недавнего телефонного разговора, а его… фееричное, но позорное для меня, завершение никак на них не отразилось. Ну и слава богу!

С облегчением выйдя из темпа, но оставаясь в некотором подобии легкого боевого транса, я постарался по максимуму успокоиться, насколько это было возможно в такой хреновой, как ни посмотри, ситуации, и включить «больную» голову. Итак, что мы имеем на сегодняшний день? А имеем мы очень и очень опасного и загадочного господина, для которого французский язык, скорее всего, был родным. Это во-первых. Во-вторых, этот условный господин де Вилье действовал весьма эффективно и явно по давно отработанной схеме: завуалированные под просьбы требования с угрозами, а в конце разговора еще и повторная демонстрация своего подавляющего превосходства. Не сомневаюсь, что завалить меня этому колдуну из, предположительно, Мальтийского ордена не составляет каких-либо проблем. Но как, черт возьми, у него это получается? Что это: природная мощь, особые техники воздействия вкупе с тайными знаниями Ватикана или просто использование круга с большим количеством колдунов, тем более собеседник этот самый круг в разговоре упомянул, — я просто не представлял! Тот факт, что меня вот так просто нашли, не удивлял: если я могу проделывать что-то подобное, почему это же не может сделать кто-то другой? Напрягало совсем иное — создавалось впечатление, что некий неизвестный деятель или группа деятелей с недавнего времени очень плотно заинтересовались моей скромной персоной, а внешнее проявление их интереса выражалось в том, что они два раза именно что изучали меня и мои возможности, когда я спал, и только по окончании недавнего разговора де Вилье нанес демонстрационный удар по моему сознанию, когда я бодрствовал. Какой можно было сделать из этого самый плохой для меня вывод: меня видят, мое состояние контролируют, а я его или их, в свою очередь, не вижу и не чувствую совсем! И это в-третьих!

Сука! Везде засада! Не было печали — да черти накачали!

Я вздохнул, помотал гудящей головой и руками помассировал лицо. Немного, но помогло, и я продолжил анализировать ту очередную поганую ситуацию, в которой оказался.

То, что раньше я имел дело не с так называемым Мальтийским орденом, а именно что с ватиканскими колдунами, не подлежит никакому сомнению: обладай последние такой мощью, никаких заходов через Тагильцева, Бирюкова и Контролера не было бы — меня просто и без затей завалили бы еще в Москве, а не продолжали устраивать покушения на Лазурном берегу, теряя раз за разом своих колдунов-киллеров. Может, ватиканские колдуны обратились за помощью к своим братьям-коллегам из Мальтийского ордена? Не катит по той же самой причине. И это в-четвертых. Тогда получается, что условный де Вилье играет в какую-то свою игру и ему действительно от меня что-то нужно. А может, он просто решил совместить приятное с полезным и меня без затей погасят во сне, когда я им перестану быть нужен. И это в-пятых… В общем, одни вопросы и никаких ответов! Хотя уже сейчас понятно, что необходимо обязательно переговорить с отцом и старшими Романовыми — может быть, они прольют мне свет на то, какими целями может в подобной ситуации руководствоваться условный Мальтийский орден. А сейчас просто необходимо самостоятельно изучить всю открытую информацию по этой структуре Ватикана.

Поднявшись с дивана, я включил ночник, быстро натянул на себя рубашку, штаны и ботинки, забрал телефон и вышел из каюты, чтобы своей возней не разбудить продолжавших мирно похрапывать братьев. Для изучения соответствующих материалов в «паутине» я уже привычно выбрал нос яхты, но, прежде чем отправиться туда, зашел на камбуз и сварил себе большую чашку кофе. Расположившись за удобным столиком и хорошенько хлебнув бодрящего напитка, открыл телефон и первым делом глянул на время звонка де Вилье — судя по всему, в отключке я провалялся порядка сорока минут, и это при том, что, по моим внутренним ощущениям, «в спасительном ничто» я провел больше пары часов.