Гередьес всегда выглядел таким уверенным, что видеть его замявшимся было странно. Невеньен нервно оглянулась. Где же Шен? Присутствие сехенки, рвавшейся в бой за госпожу, удивительным образом ее успокаивало и заодно, как она надеялась, сдерживало Гередьеса от опрометчивых поступков. Впрочем, не только Гередьеса. На днях Невеньен пожаловались, что ее служанка поколотила стражника, который вздумал к ней пристать. Невеньен тогда рассмеялась и сказала, что так ему и надо. Однако сейчас, когда Шен где-то сильно задерживалась, в голову начинали закрадываться мысли, что зря она отлупила того неудачника. Он ведь может и отомстить.
— Леди Невеньен, — повторил Гередьес.
— Да? — подбодрила его к продолжению Невеньен.
— Я хотел у вас попросить прощения. Я категорически не умею обращаться с женщинами и знаю, что вел себя по отношению к вам и вашим спутницам не очень красиво, — лорд залез внутрь необъятного плаща и достал маленькую шкатулку. — Несправедливо было забирать у прекрасной девушки ее драгоценность, пусть она ее никогда не показывала. У вас почти не осталось украшений, а я наслышан, как некоторые леди из-за этого переживают.
Ах, его якобы мучает совесть за сделку с серьгой Иньита… Ну-ну. Ни Бьелен, ни Шен он за людей, видимо, не считает, и перед ними можно не извиняться.
— Поэтому я решил вам сделать небольшой подарок. Без обязательств, если вы понимаете, о чем я.
Он приоткрыл шкатулку. На бархатной подкладке лежало ожерелье с прозрачными каплями солнечного янтаря. В Кинаме он не добывался, камни везли из Каснара, и они, дешевые у себя на родине, здесь стоили очень дорого. Работа была восхитительной: тонкой, изящной, — но первое, о чем подумала Невеньен, это сколько беженцев с Севера можно на него прокормить. Она вздохнула.
— Это роскошный подарок. Чересчур роскошный. Простите, лорд Гередьес, я польщена, но не могу его принять.
К ее изумлению, борода Гередьеса довольно встопорщилась.
— Я догадывался, что вы не согласитесь, — признался он. — По крайней мере, не так быстро после всего, что случилось. И все же это вам придется простить меня, потому что я не приму ваш отказ.
Лорд отдал шкатулку Анэмьиту и поднес ожерелье к Невеньен. Ей ничего не оставалось, кроме как подставить шею. Раздался щелчок, цепь застегнулась, и прохладный металл лег на кожу.
— Красиво, — Невеньен постаралась подпустить больше благоговения в голос. — Спасибо.
— Вам очень идет. Оно вам правда нравится?
Она взмахнула ресницами, одарив Гередьеса смущенным взглядом.
— Правда.
Когда ее щеки коснулись пальцы лорда, Невеньен изо всех сил постаралась не отшатнуться. Они были совсем не такими, как у Иньита, — мягкими, никогда не знавшими иного оружия, кроме пера, и ласковыми.
Гадкими. Этот человек предпочитал делать грязную работу чужими руками, чтобы его собственные оставались чистыми.
Гередьес нежно провел ладонью по ее лицу.
— Мне искренне хочется, чтобы мы наконец нашли взаимопонимание.
— Поверьте, мне тоже этого хочется.
— Госпожа!
Лорд с нежеланием отодвинулся. Невеньен повернулась на зов. По стене к ней мчалась, путаясь в юбке, Шен. Где эту девчонку носило столько времени? Будь она рядом, Гередьес не стал бы распускать лапы!
— Извините, госпожа! — запыхавшаяся сехенка чуть не поскользнулась, но, ловко извернувшись, сумела превратить незавершившееся падение в поклон. — Я знаю, вы долго меня ждали. Я уже все подготовила… О, Сатос! — вдруг воскликнула она. — Да у вас
Что за чушь она несет? Что подготовила? Какое еще
— Пожалуйста, простите меня, лорд Гередьес, — сказала Невеньен. — Мне очень стыдно, но я должна ненадолго отойти. Если хотите, я потом вернусь сюда.
— Все в порядке, — он наклонился к ней и тихо добавил: — Не нужно стыдиться того, что делает вас женщиной, и такой желанной. Но если захотите вы, я всегда готов найти для вас свободную лагуну в море моих дел.
— Буду рада, если это так, — вежливо ответила Невеньен.
Похоже, для всех мужчин, которые готовятся стать ее мужьями, важно лишь то, способна ли она рожать детей. Только Иньит видит в ней нечто большее.
Она подобрала подол, чтобы не выставлять его напоказ, и направилась к башне. Анэмьит потянулся было за ней, но Шен, уперев руки в бока, преградила ему путь.
— А вы подождите здесь! Это не мужские дела.
Секретарь оглянулся на хозяина, и тот кивнул. В женские проблемы лучше не вмешиваться.