Сегодня все было не так. Сын поварихи не был ни вором, ни убийцей. Единственное, в чем он провинился, это передал кому-то записку от невесты своего господина. Смерти Тори никто не радовался — парень рос на глазах у большинства живущих в Гайдеварде, и его знали как простачка, доброго малого, который не заслужил такой смерти. По крайней мере, Анэмьит обещал, что через два дня для мертвеца можно будет сложить погребальный костер. Закапывать парня в землю, чтобы обеспечить вечное проклятие его душе, никто не собирался.
Невеньен било мелкой дрожью, но не только от мороза. Она робко прикоснулась к Бьелен, чьи волосы выбились из-под капюшона и время от времени рваными волнами взлетали в воздух. Сестра тотчас сжала ее руку. За ними пряталась необычно притихшая Шен. Внизу, переступая с ноги на ногу и тихо переговариваясь, ждало казни население замка.
Анэмьит, красивый и бездушный, стоял у виселицы и наблюдал за приготовлениями. Убедившись, что виселица готова и, не дай Небеса, не развалится от первого порыва ветра, он подошел к краю крыши.
— Да светит вам солнце, жители Гайдеварда! — ему пришлось орать, чтобы пересилить свист стихии и чтобы люди у подножия донжона его услышали. — Мы собрались здесь, чтобы казнить преступника Тори Недгерда, который обвиняется в измене.
Анэмьит был вынужден сделать паузу, схватившись за горло. На его лице появилось мучительное выражение. Невеньен знала, что напряжение связок на морозе будет стоить секретарю нескольких дней сипоты, и злорадно улыбнулась. Хоть какая-то месть за убийство несчастного деревенского парня.
— Тори передал письмо врагам нашего государя и королевства, чтобы мятежники узнали местоположение его невесты и препятствовали свадьбе, украв леди Невеньен, — продолжил Анэмьит. — Есть все основания предполагать, что они также замышляли убийство нашего господина. Как всем известно, лорд Гередьес назначен наследником трона, и любое преступление против него — это преступление против короны. Тори Недгерд был признан виновным в государственной измене и приговорен к смертной казни. Каждый, кто последует его примеру и попробует связаться с врагами короны, будет приговорен к такой же каре.
Не привыкший к крикам голос Анэмьита наконец сорвался, и секретарь, как рыба, захватал ртом воздух. Сил отдать приказ о начале казни у него уже не было, и он просто махнул рукой стражникам. Те накинули на шею посиневшего тела петлю и подняли мертвеца болтаться у перекладины. Один из стражников хлюпал носом и постоянно пытался вытереть его об рукав. В очередной раз потянувшись к запястью, он случайно выпустил веревку, и бедный Тори со стуком рухнул обратно на помост. Бьелен тихонько охнула. Падение было плохим знаком. Оно означало, что казненный невиновен и его душа по разрешению небесных богов сопротивляется тому, чтобы ее использовали для устрашения родичей. Обругав товарища-недотепу, стражники снова затащили труп наверх. Теперь его надежно привязали, но слухи о недовольстве Небес будет не остановить.
Невеньен отвернулась. Она уже видела казни, и в этой не было ничего особенно страшного. Но Тори погиб
Анэмьит еще раз придирчиво оглядел виселицу, словно она могла исподтишка выкинуть какую-нибудь гадость, и широкими шагами направился к Невеньен. В отсутствие Гередьеса он стал увереннее, а его поступки — наглее. Может быть, причиной этому было то, что хозяин дал ему слишком большие для секретаря полномочия, а может, то, что из-за возросшей магической мощи его стали бояться, как огня.
— Нравится вам дело ваших рук, леди Невеньен? — спросил Анэмьит.
Бьелен отступила назад, опустив лицо вниз, хотя обращались не к ней. Невеньен с удовольствием сделала бы так же, но она не могла себя унизить подобным образом. Королевы не отступают. Особенно перед теми, кто усиленно старается их сломать.
— Это дело твоих рук, а не моих, — холодно бросила она.
Секретарь не оскорбился. Наоборот, его жестокие глаза заблестели так, словно он услышал нечто давно желаемое.
— То есть вы хотите сказать, что это не вы передавали Тори записку? Кто же тогда это был? — ехидно спросил он, выпрямляясь и заглядывая за плечо Невеньен. Там испуганно сжалась Шен. — Свидетели показали, что возле Тори появлялись не только вы. Еще возле него крутилась одна маленькая и пронырливая рыжая вертихвостка… Может, это она виновата, и это ее надо казнить за измену?
Шен вскрикнула. Анэмьит резко дернул рукой, и невидимые нити оттащили служанку в сторону. Девушка упала, цепляясь пальцами за деревянный настил, но ее тут же против воли выпрямило обратно. Она замерла на самом краю крыши, опасно зависнув над пропастью, и с ужасом смотрела вниз.