Сони продолжал невозмутимо жевать, когда отряд замер и угрюмый сержант подошел к ним. Стражников позади него с трудом можно было назвать благожелательными; все они хмурились, а некоторые держались за рукояти мечей. Сони случайно встретился глазами с тощим "истуканом", который ночью намеревался затеять драку. Его бледное после попойки лицо исказилось от ярости, он дернул плечами и ногой, как будто был быком, который собирается взрыть копытом землю, а потом наклониться и рогами расшвырять обидчиков. "Плохо дело", — понял Сони и все-таки засунул хлеб в карман.
— Господин сержант, рад вас снова видеть. Что-то случилось? — спросил Кален.
Сержанты стражи были простолюдинами, и неподобающее обращение "господин" расценивалось как лесть. Но если "истукан" и смягчился, то по нему это не было заметно.
Он поднял голову и посмотрел на ничего не выражающее лицо Тэби, который возвышался над ним.
— Я сержант Вести Камрес из стражи города Наршеса. Вы задержаны по подозрению в пособничестве мятежникам, — громко объявил молодой мужчина. — Вы должны проследовать с нами в Наршес.
— Но мы ни в чем не виноваты, мы просто паломники, — растерялся северянин, отступая на шаг назад.
По покрасневшему виску сержанта сбежала крупная капля пота.
— Вы должны проследовать с нами в Наршес, — напряженно повторил он, как будто ничего не услышав.
Когда он начал говорить, пятеро стражников обнажили мечи. Помедлив, то же самое сделали еще трое. Теперь, если считать арбалетчиков, все были готовы вступить в бой. В обычной ситуации это казалось лишним — среди их противников только у одного висел меч, а в округе не было ни души, только густой лес.
И тут Сони наконец-то понял.
Он чуть не проклял себя за потрясающую тупость. В Могареде постоянно ходили слухи, что патрули в окрестностях больше вредят, чем приносят пользы. В провинциальных городках довольствие стражников было слишком скудным, однако стража невероятным образом находила людей и для охраны селений, и для создания патрулей. Кое-где даже не было отбоя от желающих патрулировать дороги. Все из-за того, что стражники нашли свой способ справиться с нуждой — они подстерегали и грабили одиноких путников, требовали плату с торговых караванов, а потом пропивали деньги в тавернах и на постоялых дворах. То же самое решил провернуть и патруль Наршеса. Но какой бездны они положили глаз на шестерых здоровых мужчин, чьи кошельки слишком тощие, чтобы путешествовать хоть с каким-то удобством? Добыча непростая, а результат явно не будет стоить затраченных усилий.
— Да казнить собак на месте, — прорычал тощий стражник. — Этот черный вчера сам признался, что он мятежник.
— Их вина не доказана! — нервно выкрикнул сержант.
Однако он со своим желанием сохранить жизнь паломникам оказался в меньшинстве. Лопоухий стражник уже вскинул заряженный арбалет, а трое мечников начали обходить путников, пытаясь отрезать им дорогу назад.
Сони все же не удержался и грязно выругался. "Истуканы" зацепились за слова Тэби и увидели прекрасную возможность перебить нескольких мятежников — не важно, мятежники они на самом деле или нет, — и присвоить их денежки. Сын хозяина постоялого двора наверняка подтвердит, что гости говорили про короля странные вещи, и нападение получит прекрасное обоснование. Так что стражники прервали пьянку и вернулись в Наршес, чтобы выйти с утра пораньше и подождать жертв в удобном месте. "Какая ирония, — горько подумал Сони, — сбежать от казни в Могареде, только чтобы сдохнуть от рук нечестных "истуканов"". Он нащупал нож, надеясь, что первый болт прилетит не в него и удастся дать деру через лес. Драться с хорошо защищенными, обученными стражниками было безумием. Кстати, а прославленные маги собираются что-нибудь предпринимать? Кален хвастался, что умеет улаживать дела с "истуканами", вот пусть и улаживает.
Впрочем, и последний дурак догадался бы, что разговаривать с ними уже поздно. Они решили все давно, наплевав даже на мнение собственного командира. На их попытку окружить отряд Кален отреагировал мгновенно.
— Стандартная схема, — тихо произнес он. — Тэби, бери боковых.
После этого сигнала его люди отступили назад, а Лейни схватил за шкирку опешившего Сони и подвинул его к себе, за спины магов.
— Не высовывайся из-за их щита.
Сам он с обнаженным клинком встал впереди. Что за проклятый щит, Сони не понял, но с готовностью спрятался за спиной Тэби и Виньеса, на всякий случай выхватив нож. Рядом с ним, тоже с ножом, жался Дьерд, на его лице было написано мучение.
— Почему такие схватки все время происходят днем? — возмущенно воскликнул он.
Парню, похоже, не терпелось влезть в драку. Сони скривился. А вот он бы с удовольствием оказался где-нибудь очень далеко отсюда. "Пречистые Небеса, — искренне взмолился он, — сделайте так, чтобы Кален или Виньес могли сделать со стражниками то же самое, что и Дьерд с Лендвигом!"
Эти двое магов вели себя очень странно. Виньес широко расставил локти, крутанул предплечьями и замер, а Кален, словно в сумасшедшем танце, яростно и хаотично задвигал руками.
