Несколько мгновений Сони оцепенело таращился на мертвецов. А потом его наконец-то отпустило, и, как всегда, когда уходило напряжение, появилась предательская дрожь. Он наклонился и выдохнул, восстанавливая самообладание.
Кален с недовольным лицом осмотрел место схватки.
— Тэби, одиннадцать лишних смертей. И все из-за тебя.
— Это их вина, что они присягнули не тому королю, — сдвинув брови, произнес маг.
— Это твоя вина, что ты много треплешь языком! — рявкнул на него командир. В его голосе прозвучало такое бешенство, что Сони захотелось очутиться где-нибудь подальше от него.
Тэби молчал. Лицо северянина разгладилось, словно и не было только что никакой вспышки гнева. Он изучил безоблачное небо и затем холодно сказал:
— Дождя не будет еще долго. Дорога так залита кровью, что тела убирать бесполезно. Их обнаружат очень скоро, так что нам нужно срочно убраться отсюда. Пойдем через лес, на тракт выходить теперь нельзя.
Отряд согласно забормотал, однако выполнять приказ не спешил. Дьерд стал обыскивать мертвецов и срезать кошельки, а Виньес проверил сержанта и его бумаги — нет ли среди них ничего важного. Кален тем временем подошел к стражнику, который напал на Сони, и перевел пристальный взгляд с мертвеца на вора и Лейни, который вытирал окровавленный меч.
— Тэби, почему тебе не удалось остановить этого стражника?
Маг переступил с ноги на ногу.
— Я не рассчитал количество духа. Его не хватило.
Он удостоился очередного взгляда, который не обещал ничего хорошего.
— Наше дело обречено на провал, если после каждого твоего неосторожного слова нас будет поджидать такая засада, — тихо произнес Кален.
— Клянусь, я сдержу свой язык, — пламенно пообещал Тэби, шагнув к командиру.
Тот многозначительно промолчал.
— Зато мы выяснили несколько вещей, — оптимистично начал Виньес. Он стоял, уперев руки в бока, и не казался расстроенным. — Во-первых, нас стало слишком много, чтобы эффективно защищаться с помощью щита из духа. Во-вторых, наш ученый вор способен постоять за себя. И в-третьих, у сержанта нет официального приказа на поимку шести мятежников, которые выдают себя за паломников. Эти тупицы не додумались доложить о нас в стражу Наршеса, поэтому пока нас никто не будет искать.
— И в-четвертых, очевидно, что нам пора убираться с дороги, — перебил его Дьерд, закончивший обыск и забросивший в свой мешок несколько стражницких кошельков.
Его правоту сложно было не признать. Кален скомандовал идти к деревьям, однако Сони не двинулся.
Одиннадцать мертвецов. От железистого запаха крови немного подташнивало уже сейчас, а скоро тела распухнут на жаре, и от них будет смердеть. Сони никогда не видел столько трупов сразу, даром что жил среди преступников, но его больше поразило не это, а профессионализм, с которым действовал отряд, и равнодушие, с которым Кален убрал сержанта. Они занимаются этим постоянно, может быть, каждый день. Сони облизнул пересохшие губы. А чего он, собственно, хотел? Ведь это они убили Лендвига, причем в городе, в котором магия по идее должна исчезнуть.
— Кто вы такие? — хрипло проговорил Сони.
Кален, уже почти скрывшийся в зарослях кустарника, обернулся и поморщился.
— Мы королевские гвардейцы.
— Тогда какому "не тому" королю присягнули стражники? И какому присягали вы, если вы гвардейцы?
Кален медлил. Сони это не понравилось. Другие мужчины остановились, выжидающе глядя на новичка, и он вдруг почувствовал, что скоро может присоединиться к распластавшимся в пыли стражникам.
— Я сказал тебе правду, — вздохнув, ответил командир. — Мы гвардейцы, но не короля Тэрьина.
— Король может быть только один, — Сони сам не верил, что набрался дерзости возразить. Он же видел, что случилось с патрулем. Захотелось составить им компанию?
— Только один, — подтвердил Кален. — И это Акельен Идущий, истинный король Кинамы. Я веду тебя к нему, в центральные земли, и лучше нам поторопиться. Истинный король не должен ждать свою корону.
Невеньен оторвала рассеянный взгляд от вида за окном и заставила себя вернуться к чтению огромной книги, которая стояла перед ней на деревянной подставке. Девушка поморщилась от запаха, который издавала древняя кожаная обложка, и подцепила длинным ногтем пожелтевшую страницу, чтобы ее перевернуть.
Начало новой главы венчала прекрасная сделанная вручную иллюстрация. Каждая деталь была выписана с любовью и тщательностью. На фоне лазурного неба стоял мужчина в свободной одежде с разведенными в стороны руками. У него были темные, слегка вьющиеся волосы, прикрытые глаза и строгое сосредоточенное лицо. Прикоснувшись к изображению, Невеньен решила, что он очень похож на Акельена. В груди мужчины сияло маленькое солнце, выведенное золотистыми чернилами, которые с течением времени не потеряли свой цвет.
