Тварь злобно взревела, остановившись перед Защитницей, и со всей дури обрушила левую тумбу на несчастный асфальт. Тот сразу отреагировал, покрывшись сеткой глубоких трещин.
Длинный язык вывалился изо рта, и соблазнительно повис вплоть до нижних конечностей. Он так и просился, чтобы его срезали.
Девушка стремглав наклонилась к демону, и с лязгом разъединила оружие. Два клинка яростно вспыхнули, а лицо Синди расплылось в широкой хищной улыбке.
Похоже, обоюдоострые тесаки придавали своей обладательнице уверенности.
И, не мешкая, она бросилась в атаку.
Рыжевласка ловко подпрыгнула, пропуская удар тумбой. А затем кубарем покатилась по асфальту. На потянувшихся к ней тонких лапах с хрустом сжались длинные пальцы. Увы, но им так и не удалось впиться в нежную плоть воительницы.
Будь бы они проворнее, то Синди уж точно не поздоровилось бы.
Тварь раздосадованно рыкнула, и повернула голову.
Ее рык вдруг оборвался, в одно мгновение захлебнувшись в крови. Толстый язык, с обрамлявшими его кожаными кольцами, рухнул на асфальт, и сразу провалился в пенившуюся яму. Агрессивно шипя, вытекающая из него жижа прожгла твердь, уводя извергающий кровь язык все глубже в рытвину.
Если кислота доберется до водопровода, то часть города останется без воды.
Тварь всхлипнула от потока светящейся дряни, нахлынувшей ей в рот. Она сомкнула челюсти, но наполнившая пасть кислота все равно нашла лазейки. Опасная жижа потекла вниз, и закапала то на многострадальное дорожное покрытие, то на сморщенную желтоватую грудь, с тяжестью вздымающуюся при каждом вздохе.
Улицу наполнил утробный, болезненный вой.
Широко ухмыльнувшись, Синди вызывающе покрутила в руках тесаки. И совсем не задумалась о шипящей луже, растекшейся перед седьмым демоном Осколка.
— Ты? — недоуменно закричал Льюис, но девушка и глазом не повела.
Она видела лишь урода, несущегося громоподобными шагами ей навстречу. И приготовилась атаковать.
— Остановись! — загремел Джон, но было уже поздно.
Разве эта особа стала бы его слушать? Правильно, нет.
Синди пригнулась, проскочив между тумб, и ударила обоими клинками вверх. Ножи вошли в мягкую плоть под растопыренными ребрами и, дымясь, раскроили грудную клетку, как масло. Металл мигом задымился и зашипел, а воительница поняла, что совершила огромную ошибку.
Кислота, найдя освобождение, полилась на нее, как из ведра. Отпрянув, девушка не успела избежать расплаты; кожу сразу же пронзила тысяча игл, и она издала душераздирающий вопль. Покореженные кислотой лезвия выскользнули из того, что осталось от пальцев. Что-то запузырилось в разъеденных тканях, а крик потонул в предсмертной агонии.
То, во что она превращалась, походило на дымящийся кусок мяса.
Покачнувшись, чудовище отшатнулось. Льющаяся люминесцентная жижа полилась на еще целехонький асфальт, и сразу же изуродовала его ровную поверхность. Довольное уханье сменилось рычанием, и Джон понял, что следующей целью станет он. Три глаза вновь уставились на него, и левая гиря поднялась, чтобы резко опуститься.
Человек попятился к машине. И тут же бросил взгляд на затихшую красную кучу, только-только бывшую живым существом. На его лбу в тот же миг выступила испарина, и он вытер ее тыльной стороной ладони.
Над дорогой, заливаемой желтыми и оранжевыми островками света от фонарных столбов, сверкнули тонкие и натянутые паутинки. Тумболапый поднял трехтонную гирю, как вдруг заревел. Голова вяло замоталась, и выпучила на коже бугорки раздутых вен. Или чего-то еще.
Но опустить конечность он так и не смог. Она зависла, плененная тугими нитками, и демон дернулся вперед, намереваясь разорвать их. Но те лишь глубже впивались в пергаментную кожу, чем вызвали еще больший рев Высвобожденного.
— Офицер! Бегите отсюда! — прокричал мужской голос, и Джон встрепенулся, уставившись на крышу трехэтажного здания.
Похоже, музея.
Но ему так никого не удалось разглядеть, и, решив не испытывать судьбу, он побежал к своей машине. Кислотник утробно заревел, и возбужденно заболтал головой, выражая открытое недовольство. Он дернул плененной лапой, и кожа лопнула, высвободив разъедающую жижу. Путы разорвались, и демон, замолотив тумбами, бросился в погоню.
А его тонкие лапки все так же при каждом шаге бились о конусообразные ноги.
Еще немного, и человек будет схвачен. Правая полувысохшая рука выпрямилась, а узловатые пальчики грубо скрючились.
С шумом пролетевшая в небе молния едва не пронзила ее, и демон, широко раскрыв полную кислоты пасть, издал злобное бульканье. Он оступился, ненароком опустив голову, и оранжевая жидкость потекла на асфальт через проемы между зубами. Тот сразу же зашипел, исторгая облачка пара.
Как вдруг демон резко повернул голову, и кожа на его шее взялась грубыми складками. Если бы он хотел, то мог узреть покрытую пластинами свою же спину, но не стал. Вместо этого он сомкнул толстые губы, а следом зарядил рыжий комок в небо.
Описав в воздухе дугу, светящийся объект с плеском опустился на дорогу в метрах двадцати от Кислотника. Три глаза заметили юркую фигурку, устремившуюся прочь от облака пара, поднявшегося над жидким снарядом.
