Обычное-то оно обычное, но что же Цветку сейчас делать? А делать надо — уже хотя бы потому, что у бандита, держащего палец на спусковом крючке, просто могут не выдержать нервы. Или палец дернется сам по себе, такое тоже бывает… А тут еще Червонец по ту сторону двери. Как ему обо всем сообщить, как его предупредить?..
То, что проделал Цветок в следующие мгновения, он проделал почти автоматически, почти инстинктивно, а может, интуитивно, не думая и не рассуждая. Вначале осторожно, не вставая и не дотрагиваясь до оружия, он перекатился на другой бок. Теперь автомат был далеко, просто так до него было не дотянуться. Затем все так же осторожно, стараясь не делать резких и лишних движений, он сел. Вставать он не хотел: какой-то внутренний голос говорил сейчас ему, что этого делать не нужно.
Оказавшись в сидячем положении, Цветок почувствовал, что самообладание вернулось к нему, а значит, он может действовать. Другой вопрос — как именно он будет действовать, но и это можно было бы придумать. Если бы не Червонец. То ли что-то почуяв, то ли просто обеспокоившись, отчего это Цветок так долго не дает о себе знать, он со всего маху ударил подобранным у дома камнем по оконной раме. Она со звоном и треском разлетелась, и в оконном проеме показалось лицо Червонца. Конечно же, он собирался что-то сказать, но не успел. Тотчас же грянул выстрел — это стрелял один из бандитов. Пистолет он прятал под собой, по сути, на нем сидел, и Цветок этого не видел, зато он увидел, что пуля попала прямо в лоб Червонцу…
А дальше все происходило так, будто Цветок и вовсе не был человеком, а был до совершенства отрегулированным автоматом. Сказалась ли его натренированность или, может, он пребывал сейчас в каком-то особенном состоянии — как знать, да и не в этом дело. Дело было в другом. Обеими руками, неуловимым движением Цветок выхватил из потайных карманов два ножа и с силой метнул их в двух бандитов. Это были специальные ножи, спецназовские, которые, как их ни метай, все равно попадут в цель так, как надо, то есть острием, и вонзятся в цель глубоко и надежно…
Так и случилось. Один нож угодил в горло бандиту, державшему пистолет у виска женщины, а другой нож — прямо в глаз второму бандиту, стрелявшему в Червонца. Оставался еще третий бандит. Выкрикнув что-то испуганным гортанным голосом, он вскочил, в его руках был пистолет. Третьего ножа у Цветка не было, и до автомата он дотянуться не успевал… Но помог счастливый случай. Точнее сказать, помогла женщина. Извернувшись, будто змея, и яростно оскалившись, она успела ударить бандита по руке. Выстрел предотвратить она не успела, но ствол пистолета дернулся, и пуля угодила Цветку в руку. Он не почувствовал боли, ему было не до нее. Он издал пронзительный, яростный крик — так кричат звери, атакуя жертву, и жертва от этого крика приходит в смятение и теряет волю. Точно то же самое случилось и с бандитом. Он дрогнул от этого крика и не успел выстрелить второй раз — ни в Цветка, ни в женщину. В следующий же миг Цветок навалился на бандита — для этого ему хватило одного прыжка. Еще миг — и все было кончено…
— Вот, — сказал Цветок и только тогда почувствовал боль в руке. Боль была острой, должно быть, это был болевой шок. Превозмогая боль, он глянул на женщину и спросил сквозь сжатые зубы: — Терапевт?
— Да, — ответила женщина. — У вас есть бинт? Вам нужна перевязка.
— Потом, — все так же не разжимая зубов, ответил Цветок и кивнул в сторону двери: — Мне туда. Там Червонец… А вы оставайтесь здесь. Я скоро…
Раненая рука (а это была правая рука) все так же болела. Цветок подумал, что раненая правая рука — это совсем скверное дело. Ведь если ему придется стрелять, то с правой руки это делать куда как сподручнее. Конечно же, он умел стрелять и с левой руки, и с двух рук одновременно, но все же…
Он взял автомат в левую руку и толкнул стволом дверь. Она легко отворилась. Цветок осторожно выглянул: никого вблизи дома вроде не было — ни чужих, ни своих. Где-то в отдалении, в поселке, слышалась редкая стрельба. У Цветка при себе имелась портативная рация, по которой можно было связаться со своими товарищами, сообщить, что агент Терапевт обнаружен, запросить помощь. Конечно, он так и сделает, но потом. Сейчас наипервейшее дело — Червонец.
Выходить в полный рост из дома было нельзя — а вдруг дверь находится под прицелом? Ты только покажешься в проеме, и в тебя сразу же выстрелят… А потому из двери надо выбираться рывком, что Цветок и сделал. И едва не потерял сознание от пронзительной боли в раненой руке. «Ах ты ж!..» — ругнулся Цветок вслух.
