Статуи не отличались громадными размерами, но были определенно больше среднего человеческого роста. Метра три, если на глаз, а может, чуть меньше. Из-за вездесущего песка камень стал желтоватым, словно бы припорошенный золотом. Принц и лекарь стояли спина к спине, но при этом держались за руки и поднимали их вверх в победном жесте. Лекарь был на голову ниже принца. Длинные волосы заплетены в косы, ниспадающие на плоскую грудь. На свободной руке сидела маленькая голубка, которая уже расправила крылья и приготовилась взлететь. Скульптору удалось вложить в этот образ нежность и хрупкость, женственность и вместе с этим некую решимость. Статуя принца же воплощала полную противоположность: сильный, храбрый, целеустремленный воин. В свободной руке принц держал изогнутый меч.
– Там долгая история, – вздохнул маг. Бивис приставил ко лбу ладонь козырьком и принялся рассказывать: – Но если вкратце, то в давние времена трон Асуи занимал жестокий правитель Обиор. У него было двое сыновей – старший Гихом и младший Илак. Илак не желал видеть, как страдает его народ, и встал на сторону своего дяди, который уже давно пытался отобрать трон. А что до Иралли, то он был помощником королевского лекаря и зализывал раны неугомонному Гихому, охочему до войны. И часто вместо благодарности получал побои и чего похуже. Однажды на принца Илака напали и тяжело ранили. Иралли по приказу короля направили к нему и велели оставаться с младшим принцем до его полного выздоровления. Иралли и Илак стали очень близки, и принц решился поведать ему о своих намерениях. Иралли охотно его поддержал, и вместе они примкнули к Винашу, брату действовавшего короля. Но вот король умер, и трон отошел Гихому. Это и стало поводом для начала гражданской войны.
Киана начала немного припоминать историю, во всяком случае, про короля Винаша она точно слышала. И о том, что ему пришлось развязать самую кровопролитную войну в Асуе, чтобы раз и навсегда избавить народ от тирании своего брата и племянника. Но вот об Иралли Киана ничего не знала.
– Увы, Илака и Иралли ждал печальный конец, – продолжал Бивис, также рассматривая статую. – Гихом убил брата, но Илак был отомщен Иралли: он отравил нож и проткнул им руку старшего принца. За свой дерзкий поступок Иралли также был убит. Противоядия у Гихома не было, поэтому он умер в агонии, а трон отошел Винашу. Печальная и очень жестокая история, на самом деле, но принц Илак и Иралли по сей день являются для асуийцев наглядным примером верности друг другу и народу, который они хотели уберечь от тирании. В благодарность их жертве и был возведен этот памятник. В столице, в саду бывшего королевского дворца, стоит настолько потрясающий воображение памятник, что дух захватывает. Возможно, когда-нибудь вам удастся на него посмотреть.
– Так Иралли мужчина? – спросил Имо, косясь на статую лекаря. Киана тоже удивилась, когда услышала. Возможно, скульптор так неудачно его изобразил, что лекарь стал похож на женщину.
– Иралли был выходцем из Небулы и имел очень женственные черты, – пояснил Бивис. – Его часто путали с девушкой. А еще ему в детстве отрезали язык, поэтому он изъяснялся при помощи жестов. Говорю же, жестокая история. Будет время, расскажу поподробнее, а сейчас нам нужно идти. Благо, тут недалеко.
Бросив прощальный взгляд на статую, Киана и Имо поспешили догнать мага, хотя с тяжелыми вещевыми мешками особо не побегаешь. Кто бы мог подумать, что теплая одежда может весить так много?
У Кианы не выходила из головы эта история о лекаре и принце, отдавших свои жизни ради благополучия всего народа. Подобные истории ей все время рассказывал отец, но об этой он почему-то умолчал или забыл, хотя в Асуе был много раз, причем часто именно с Бивисом. Раз этим двоим по всей стране возвели памятники, то и история их должна звучать отовсюду? Так почему ее нет ни в одной книге? Киане стало даже несколько обидно, ведь эта история способна вдохновить на подвиг.
Улочка, по которой они шли, вскоре начала вести в гору. Из-за этого стало тяжелее шагать: мало того, что жарко, так еще и мешок за спиной тянет назад. А после трех часов езды на верблюде затекли ноги. Киане хотелось только одного – оказаться в прохладе и сесть.
– Бивис, а куда мы идем? – поинтересовалась Киана. Ее волновало не само место, а как скоро они там окажутся.
– К одной моей знакомой, она тут живет. У нее мы и переночуем.
– А она не будет против?
– Не будет, поверь, – маг как-то странно улыбнулся. Можно сказать, хитро.
Та самая знакомая жила почти на самой вершине холма, что означало ее высокое положение в этом городе. По крайней мере, так сказал Бивис. Контраст между уровнями заметила и сама Киана: чем выше они поднимались по улице, тем богаче и больше становились дома. Где-то даже имелись внутренние дворы, заставленные засухоустойчивыми растениями. Так вот как живут восточные богачи?
