- ...что у истории счастливого обретения есть своя предыстория. - произнеся эти слова, даоттар Розового клана вновь помрачнел.
Удивление схлынуло, и внутри пришедших вновь стали подниматься странные ощущения. Беспричинная тревога, чувство, что мир вокруг изменился, стал более враждебным, чем обычно. То, что заставляло нервно сглатывать украдкой, исподволь смотреть по сторонам и нервно переминаться с ноги на ногу. То, что придавало словам мрачного повествования особую тяжесть.
- "Тяжкие скитания", "отчаянное положение", "кризис продовольствия", "неразведанные разработки". - Магнут перебирал слова, как чётки. - Сухие фразы исторических хроник, цветастые фразы сказаний и легенд... Будьте уверены, я прочёл всё, что касается становления Лиги Ог-Дразд. Кое-что даже написал. Но ни одна фраза, ни один оборот не стоит выражения глаз моего отца, когда он рассказывал о происходившем. Злость и обида гнали тогда наш народ вперёд. Все подножки и препоны, которые затевала Лига Ог-Рорд, лишь разжигали эту злость. Мой отец был одним из тех, кого общественное положение и стечение обстоятельств забросили во главу этого движения.
- Когда отец рассказывал то, что услышал от деда... - Руд замялся, подыскивая сравнение. - Не знаю... я никогда не видел его таким. Он был словно под двойным, тройным грузом... Грузом тяжёлых обстоятельств, породивших друг друга. Я много раз обдумывал случившееся тогда, на заре Лиги. Прогонял всё вновь и вновь, событие за событием... Всё то, что привело к нынешнему итогу... страшному итогу, чего уж там. Мне ли, волшебнику, этого не понимать... Но всё равно. Осуждать своего деда и остальных, кто был в это вовлечён - я не могу. Даже если сам ушёл из-за этого из семьи, отринул путь своего народа... Даже если, скорее всего, поступил бы на их месте по-другому... Всё равно. Слишком отчаянно было тогда положение.
- Голод ещё не начался. - даоттар почесал свои подбородки. В другой ситуации рассуждения столь тучного гнома о голоде могли бы показаться смешными, но сейчас ни у кого и мысли не возникло смеяться. - И это, пожалуй было ещё страшнее. Если бы они тогда ощутили нехватку продовольствия... если бы это случилось чуть раньше, когда ещё можно было повернуть назад... Но нет. Запасы подходили к концу, и конец этот был виден тем, кто стоял во главе. Но голода не было. Сытые, озлобленные и наполненные энергией гномы горели яростным желанием бросить вызов миру, изменить его под себя. Видит Пророк, это стремление - главное благословление и проклятие нашего племени... Мой отец осознавал всю опасность происходившего. Но он уже не мог повернуть назад. Ведомый доверием поставивших его во главе, ведомый собственными речами и призывами, которые были совершенно правильными во время самого Дваратского Раскола... Да и, сказать по правде, не все, стоявшие тогда во главе, чувствовали опасность - большинство точно также ещё горели пламенем злости и мечты о великих свершениях, ждущих впереди. Впрочем, долгое морское путешествие и бесплодные скалы, протянувшиеся до горизонта, очень сильно притушили это пламя.
- Они тогда высадились немного южнее. - Руд задумчиво вертел в руках посох. - Как назло, как раз в том районе, где не очень хорошо с залежами. После чего, пошли искать место, чтобы основать город. Так и шли, пещера за пещерой, пещера за пещерой... И, конечно, посылали разведчиков.
- Лучшие разведчики и рудознатцы стояли под началом твоего деда, Крондин. - сказал Магнут. - Квага дун Иддара. Они потом стали основой для Корпуса Тайн. Именно они обнаружили пещеру... пещеру, где теперь стоит Рифтран. Огромную, удобнейшую пещеру, с выходом на естественную бухту...
Советник замолчал. Казалось, он просто физически не может продолжить.
- Только... - произнёс Крондин помертвевшим голосом. - Только... никаких Семи Самоцветов в той пещере не было. Ведь так?
- Если бы мы были ближе, ты бы увидел. - Руд ткнул посохом в огромную руку с мечом. - По три выемки с каждой стороны крестовины. И ещё одна...
- ...И ещё одна вон там. - Магнут показал на рукоять. Присмотревшись, Мурт и Крондин увидели.
Оно было в низу яблока, строго по центральной оси меча. Углубление правильной восьмиугольной формы. Той самой формы, которой обладал Чёрный Самоцвет.
- Сажа и пепел... - вырвалось у молодого гнома.
- Когда разведчики вернулись и доложили Квагу об увиденном, - советник заговорил часто и бегло, будто изо всех сил стараясь не допустить молчания, - тот собрал ещё шестерых лидеров, самых влиятельных. И они как можно быстрее отправились в эту пещеру. Чтобы увидеть всё своими глазами и принять решение. Мой отец был среди них.
- Да... - протянул Руд - С одной стороны, те семеро - последние, на чьём месте мне бы хотелось оказаться. Но с другой... эх, что за зрелище им предстало. Чтобы увидеть такое, можно многим пожертвовать...
