Тот хорохорился, но чувствовал себя не в своей тарелке. Небось, обдумывал, не лучше ли было найти где-нибудь местный аналог Сампо, и отдать его в обмен на невесту.
— Хорошо, — снова взял дело в свои руки Джемс. — Как именно наш парень должен будет угадывать свою девушку среди прочих?
— На первый раз, — хозяйка заулыбалась еще шире, — должен он будет руку ее признать. Только ни колечка, ни перстенька, ни обручья на той руке не будет, — пусть по пальчикам, по запястью, по ноготочкам догадается, кто его суженая.
Мы переглянулись и согласились с испытанием. А что еще оставалось? Лоухи подозвала служанку и шепотом что-то ей приказала. Та смерила охотника сочувствующим взглядом и убежала за дверь. Дела в усадьбе делались быстро: не прошло и нескольких минут, как нас пригласили пройти в рукодельную комнату, «где света много и все до тонкости рассмотреть можно».
А посмотреть было на что. На лавке возле окон сидело с десяток девиц, с головы до пят укутанных в льняную тканину так, что у каждой видна была только левая рука. Угадать, кто находится под покрывалом было, по-моему, совершенно невозможно.
Но вот Джемс шепнул что-то перепуганному Вейно, тот кивнул и двинулся к девицам. Я догадалась, что пришло время для магических фокусов, и не ошиблась. Над руками девиц запорхали соткавшиеся из воздуха крошечные пташки. Точно такие же в Великом лесу помогли нам вывести на чистую воду заговорщиков, покушавшихся на жизнь короля.
Кроме меня и его светлости их никто не видел. Но это и не понадобилось. Пока жених пристально разглядывал представленные ему на выбор ручки, одна из пташек клюнула третью руку с правого края. От резкого движения воздуха рука дрогнула — совсем немного, едва заметно, но зоркий глаз охотника тут же уловил это движение.
— Вот она, суженая моя! — решительно заявил он, и потянул выбранную руку девушки к себе.
— Не спеши, охотник Вейно, — Лоухи отдала приказ так резко, что парень испуганно отдернул руку. — Верно ты угадал. Да только еще дважды угадать придется. На другой раз выберешь свою суженую по босой ножке — ни башмака, ни чулка на ней не будет, смотри, не ошибись.
— Это Жозель, француженка. Я ее признал по ноге, — с трудом сдерживая нервный смех, прошептала я на ухо Джемсу.
Но в ответ получила только недоуменный взгляд: конечно, это опять была шуточка, значения которой он не знал. Вот что значит разное, да что там, разномирное воспитание. Для пущего эффекта Лоухи должна была бы пригласить нас в другую горницу, где сидели бы, неотличимые от первых, следующие десять девиц. Но хозяйка усадьбы была никудышным постановщиком зрелищ: она просто попросила нас выйти, чтобы тех же девушек разули и снова запеленали в общее покрывало.
Я понадеялась, что и на такой случай в арсенале Джемса найдется какое-нибудь средство, и не прогадала. Сперва все шло по заведенному сценарию: из-под тканины торчало десять левых босых ножек, Вейно подошел ближе и снова принялся внимательно рассматривать их оптом и по очереди. Но вот из-под пятой слева ступни заструился магический ручеек. Это была не совсем настоящая вода, но она охладила ступню девушки, и та слегка шевельнулась.
— Вот она, суженая моя! — даже с некоторым апломбом объявил жених, и снова потянулся к выбранной девушке.
— Снова ты верно угадал, охотник Вейно, — Лоухи осмотрела его с откровенным подозрением, но где ей было разгадать наши хитрости! — Осталось третье испытание: встанут перед тобой девицы, с головы до пят укрытые, а тебе сердце твое подсказать должно, которая из них — суженая твоя.
Нас снова попросили удалиться, пока происходит «смена декораций».
— Ну уж этого мне никак не угадать, и никто не поможет, — обреченно шептал Вейно, отвернувшись в полумрак коридора.
— Не робей, парень! — азартно зашептал в ответ герцог. — Ты смотри в оба, может, и заметишь то, что нужно.
Сколько ткани пошло на укутывание девиц в третий раз, я даже подумать боялась. Впечатление было такое, будто Лоухи вывернула для этой цели большую часть своих кладовых. Перед нами встали десять коконов, различающихся лишь по росту, да и то чуть-чуть. В остальном они выглядели совершенно одинаково.
Вейно потерянно обернулся на нас, получил утвердительный кивок его светлости и неуверенно подошел к девушкам. Я гадала, что на сей раз придумает Джемс, и почти пропустила огненную вспышку, длившуюся всего какую-то долю мгновения. Одна из девиц натурально вспыхнула магическим пламенем, но совсем не пострадала — должно быть, это был просто морок, мастерски наведенный нашим мастером природной магии.
Но охотнику, понятно, хватило этого краткого мига для того, чтобы понять, где находится его милая.
— Вот она, курочка моя! — громко возгласил он, и бросился обнимать обретенное наконец сокровище.
— Эй, жених, — лениво выдал Тойво, который в ходе «конкурсов» не произнес ни слова, — удушишь девку-то. Отойди, пусть распеленают.
