Они повернулись друг к другу. Элиот приподнял края фаты и осторожно снял с ее головы демоново кружево. Тувэ моргнула несколько раз, заново привыкая к нормальному освещению и обзору. И когда наконец перестало быть страшно дискомфортно, она смогла разглядеть короля.
Элиот стоял перед ней в парадном светлом камзоле, такого же цвета, как и ее платье. Темные волосы… Тувэ не могла поверить глазам. Да он постригся! Не слишком коротко, но совсем не на манер двора. И никакой зализанности!
Она плотно сжала губы, чтобы ненароком не начать улыбаться как дурочка. Он был так похож на северянина.
Молельню не хотелось рассматривать совсем, ведь от короля было невозможно отвести глаз.
Наставник передал им по золотому кубку, связал их ножки между собой и велел пить. Тувэ сделала несколько глотков и вслед за Элиотом поставила бокал на столик-алтарь.
— Перед Лицом Благого Демиурга две души слились воедино. Мои поздравления, Ваше Величество, — он поклонился Элиоту, — И вам, Нер-Рорг Тувэ. Пусть Демиург будет благосклонен к новому своему ученику.
Тувэ собиралась выдавить вежливую улыбку и поблагодарить, но не успела и слова вымолвить. Элиот схватил ее за руку и резко потянул на себя. Она с непривычки запуталась в юбках и буквально ввалилась в его объятия.
Никакого вдоха он ей сделать не позволил. Прижался к губам и стал настойчиво целовать. И еще как!
Как полагается, чувственно проникая языком в рот, оглаживая спину, крепко прижимая к себе.
Присутствующие стали аплодировать, а с лавочек гостей со стороны невесты и вовсе засвистели и заулюлюкали. В них полетел рис и золотые монеты.
Элиот прикрыл ее голову рукой и продолжил самозабвенно целовать, так что у нее аж колени подгибались.
— Помнишь, что по проходу обратно пробежать нужно как можно быстрее? — зашептал он ей в губы. — Иначе обнаружишь рис в самых неожиданных местах. Держите ваше очаровательное платье покрепче, моя дорогая прекрасная жена.
Голос Элиота сочился весельем, и Тувэ легко перенимала его радость. Волнение окончательно схлынуло, и она широко улыбнулась королю.
— Рад, что вы призрели память предков и все-таки оделись как подобает. Вам идет.
— Ничего я не призрела, — Тувэ хитро прищурилась.
Элиот уже потащил ее в проход, так что договаривала она на ходу, прикрывая голову свободной рукой. Как оказалось, северяне не прочь были поучаствовать во всем этом и швырялись монетами прицельно, как будто желали, чтобы молодожены не вышли из этой молельни целыми, если вообще вышли бы.
— Я просто не надела панталоны.
Элиот даже споткнулся от неожиданности. Посмотрел на нее большущими глазами и неверяще тихо переспросил, продолжая тянуть ее по проходу за собой:
— Вы что, в церковь без нижнего белья пришли?
— А чулки считаются нижним бельем?
— Да вы та еще грешница!
Элиот задорно рассмеялся, когда они наконец выскочили в коридор. Он снова притянул ее к себе и поцеловал. Кусал губы, ласкал языком. Страстно, горячо. Будто прям там на алтаре и желал разложить ее и… полностью узаконить брак под взором Демиурга, изображениями которого пестрела молельня. О, было что-то такое в том, чтобы сделать это прям там. Что-то порочное…
— Гхм, — кашлянул кто-то рядышком. — Мне бы не хотелось вас прерывать, но люди сейчас начнут покидать молельню.
Камеристка, даже не зарумянившись, смотрела на них.
— Вам нужно поспешить в тронный зал. Почетные гости прибудут туда, чтобы поздравить короля и его супругу. Вас также будут спрашивать о коронации королевы…
— Помню-помню, через неделю. Поняла? — Элиот перевел взгляд на Тувэ, его руки с поясницы соскользнули чуть ниже. Она прикусила губу. Ей было радостно, спокойно, и уже не терпелось остаться наедине.
— Да, — Тувэ кивнула.
— Видишь? — он снова посмотрел на Камеристку. — Все схвачено. Будь так любезна — убирайся.
— Как прикажете, Ваше Величество, — Кая сделал книксен и отошла в сторону. Тувэ могла поклясться — Камеристка усмехнулась!
День несся, как обезумевший всадник.
В тронном зале одна за другой сменялись делегации послов, сыпали поздравлениями и приносили дары.
Кто-то сделал едкое замечание о том, что король слишком часто меняет жен и, должно быть, от его души уже не осталось частей. Конечно, все было скрашено смехом, и Элиот не подал виду, но Тувэ показалось, что ему не слишком-то понравились эти слова.
А потом колкости посыпались и на нее. Тувэ сжимала подлокотник страшно неудобного трона и улыбалась, позволяя отпускать в сторону севера всякие двусмысленности.
— С нетерпением ждем, когда север объединится с королевствами в борьбе с порождениями темных чертогов, — посол Сайгаса склонил голову. — В знак дружбы король Сайгаса Адей II отправил королеве Лейхгара дары.
В тронный зал заплыл новый косяк прислуги. Они несли шкатулки, свертки, мешки… Тувэ примерно догадывалась об их содержимом. Ничего интересного. Куда больше ее волновала предстоящая ночь.
— Север непременно посодействует королевствам в борьбе со… злом, — Тувэ расплылась в улыбке. Посодействует. Еще как. У Ира вон уже чесались руки от нестерпимого желания содействовать.
