Камертон Дажбога полностью

— Закон всеотдачи. Закон красоты. Закон молчания. Закон всеохватности. Закон жертвенности. Закон любви. Закон совершенства.

— О, ты наделяешь цветок атрибутами Абсолюта?

— А вдруг флора и есть Абсолют?

— То есть — Бог? Отец Небесный?

— Ты сам сказал древнее слово Отец, то есть — вита, жизнь. Предки, безусловно, знали сокровенную суть Зеленого Чуда планеты. Однако это — одна сторона проблемы. Попробую высказать противоположное мнение. А ты сумей объединить эти антиномии, или отбрось и то и другое.

— О чем ты?

— Слушай. Веками, кроме апологичной мысли о флоре, возникала и противоположная, антагонистическая.

— Ты говоришь про Драконоборцев? Про фитофобов?

— Да.

— Я слышал. Читал о них.

— Напоминаю их концепцию. Флору, растительный мир они называют Зеленым Драконом. Он в совокупности владеет колоссальным извечным разумом (интеллектом), моделирует любое психосостояние, проникает в глубокие лабиринты человеческих душ. Тем более что именно он ткет наши жизненные ткани, мышцы, нейроны, кожу, сердце, легкие, внутренние органы. Мы лечимся его цветами, корнями, листьями, пьем его растворы. Вино из него, продукты из него, телесная ткань животного питания — из него, мед из него, запахи из него. При рождении — цветы. При смерти — цветы. Свадьба, любовь, вышивки, орнаменты, эстетические критерии, поэтические образы, сельское хозяйство, краеобразное окружение — повсюду цветы, их гипнотический взгляд. Цветы завораживают нас испокон веков. Кто скажет, какая глубина такой эстетической одержимости?

— Безусловно, в этой страшной мысли есть какой-то зловещий смысл. Однако какова цель Зеленого Дракона?

— Скажем, он стремится к рассеянию, как и всякая жизнь. Космическая эпоха — его инициатива. Это видно по тому, что путь к ней — жестокий и безжалостный: войны, зло, вынужденное вооружение, техногенность, которые человеку не нужны.

— Разве цветок нуждается в таком ужасе? Ведь он сам погибает под прессом техногенности.

— В этом и хитрость Дракона. Он прячется за маской парадокса. Человек — обманутое духосущество из Эдема, где он был раньше. Затем, привлеченный блестками Зеленого Дракона, упал на Землю и оброс плотью. Подняться можно, только поняв правду и полностью отказавшись от даров Дракона — пищи, плоти, обманных идеалов эстетики. Когда-то в правдавности ваши предки знали истину, сложив сказку про Кощея Бессмертного. Кощей, который похищает девственниц человеческих (то есть эксплуатирует ваши генотипы), — есть Коши, куст, Древодракон, у которого вместо одной головы вырастают десятки, сотни. Смерть Кощея — в яйце, яйцо в зайце, в утке, в сундуке, что под дубом. Вся иерархия Жизни, а внутри — яйцо-ген. Кто может преодолеть Кощея? Вспоминаешь? Иванушка-дурачок, то есть человек, лишенный стереотипов мышления, а с ним — Булат-молодец. Булат — сталь, символ технологии, науки, острого познания. Вот тебе информация древних к размышлению.

— Страшные твои антитезы. Как их объединить?

— Думай. Только безжалостное срывание всех элегических покрывал поможет найти правду. А может, и правда — обоюдоострая, как Меч Логоса, который сидит на белом коне апокалиптического Всадника?

Причудливая беседа с Черным Папирусом бросила меня в вихрь тяжких размышлений. Как-то неожиданно я начал понимать причину фиаско своего эксперимента со временем… и вообще причины гносеологического абсурда веков. Мы всегда попадали в заранее подготовленные ловушки интеллекта. Создатель мозгового компьютера Ариман-Люцифер так сформировал его алгоритмы, мы вечно гоняемся за собственным хвостом, как оккультный змей древних герметиков. Сегодня ночью мне приснился своеобразный закон костра, который многое объясняет. Я записал некоторые тезисы. Вот они:

Горящий костер зовет огненные души, но к нему прежде всего несется безумная тьма, как, например, ночные бабочки к фонарю.

Когда пламя угасает — что остается на том месте?

Скопище лютого мрака, черных бабочек, воинственной тьмы… то есть — зола Духа.

Поэтому новые искатели должны разжигать на новом месте.

Почти банальный закон. Но это правило костра игнорируется почти всеми искателями правды. Нам жаль, нам страшно покидать те вместилища, где когда-то наши сердца и умы утверждали Древо Истины… и мы снова оживотворяем очаг, где воцарились враги. Это то, что говорил Христос: «Когда увидите мерзость запустения, господствующую на святом месте…»

Мамочки! Кажется, я начинаю освобождать свою Первосуть от паутины псевдонауки. Надо скорей поправляться, звать сотрудников. Ибо кто скажет, дождутся меня Космократоры в Лабиринте Хроноса?

Сон убегает. Понятливость клокочет ураганами осмыслений.