Спустившись в ресторан на первом этаже «Фетто Фраско» на утро, Сатин увидел разбитое стекло, опрокинутые кадки с землей, пару поломанных стульев, нигде в ресторане не горел свет – чувствительные предохранители отреагировали на пробой изоляции, когда еще вечером разразилась гроза. По залу передвигались люди, делясь впечатлениями от случившегося. Уборщицы торопились убрать беспорядок до прихода первых посетителей.
Спустившись в зал, Сатин замер в растерянности, глядя на снующих туда-сюда уборщиц. Помещение ресторана выглядело именно так, как положено выглядеть месту, перенесшему землетрясение.
========== Глава V. Откровение ==========
Землетрясение не причинило дому значительного ущерба, по большей части пострадал только сад: погибла существенная доля растений. На следующий день после ливня, утопая подошвами в мягкой жидкой земле, пришлось обследовать участок и навести там порядок. В пруд натекло много грязи, каменная оградка вокруг пруда оказалась разрушена в нескольких местах. Двор представлял собой свалку: отломившиеся ветки, пласты черепицы, кирпичи, доски, булыжники. Поверхность пруда покрывал слой листьев. Эваллё и Тахоми попытались спасти то, что еще подлежало восстановлению, и всё утро, чуть свет за окном, проковырялись в грязи.
Небо было заложено облаками. Смена погоды принесла прохладу. К обеду пошел град, после чего на город опустилась тишина, и стало удивительно тихо, словно люди готовились к чему-то, ожидая новые нападки с небес или из-под земли.
После разборок в саду, вдвоем с Тахоми они сидели на кухне за кофе. Рабия еще спала. На столе остывали две пустые чашки, вокруг разливался приятный запах крепкого черного кофе. По радио шел музыкальный хит-парад.
К часам к одиннадцати вернулся Маю и сообщил, что Фрэя осталась в гимназии, собираясь участвовать в приготовлениях к осеннему спектаклю.
Дома переобул резиновые сапоги и отправился с Маю в подвал, после пребывания там у брата возникла идея оборудовать в подвале студию. На взгляд Эваллё эта идея заслуживала внимания. Нужно было проверить, как отопление, и решить, что делать с освещением, остальным мальчик пообещал заняться сам. Пока младший брат копался в куче старья, он думал про фигурки у монитора на своем столе. Накануне вечером, когда мальчик провалился в глубокий сон, Эваллё зачем-то добавил к паре златоволосых ребятишек еще двоих, в шутку заметив, что эти двое, наверное, фаянсовые копии Маю и Куисмы. Чтобы увеличить сходство, парень раскрасил салатовой краской глаза миниатюрному Маю. Вчерашняя прогулка не выветрилась из памяти, теперь предстояло придумать, в какой именно форме он принесет извинения брату.
Температура держалась восемнадцати градусов. Эваллё решил, что они могут прокатиться через сквер, вдоль небольшого нагорья до пристани. Маю сначала кочевряжился, всецело поглощенный раскопками, но протесты эти были слабыми, и скоро тот сдался.
Братья проехали половину дороги до причала и оказались у земляной насыпи, на которой богато разросся лиственный лес.
Эваллё ехал посредине шоссе, левее и чуть спереди. Ему достался горный велосипед, старый и собственноручно перекрашенный дешевой краской. Эваллё любил красить, их забор в саду он покрасил, иногда мог сообразить что-нибудь и баллончиком с распылителем.
– Я вчера себя слишком грубо вёл? – спросил Эваллё, ему хотелось услышать, как брат это скажет.
– А ты не помнишь?
– Помню, что ты мне рассказывал про Куисму.
Маю ехал по краю склона и сквозь мелькавшую полосу деревьев, растущих у самой дороги, разглядывал далекую линию воду. В мерно бегущей воде текла пелена облаков и отражались клочки кварцевого неба.
– Да нет, не грубо… просто… мне тяжело становится с тобой говорить, когда ты напиваешься.
Эваллё долго молчал.
– Драмкружок собирается ставить «Малые деньги» Сиркку Пелтола, – сообщил Маю.
– На дне открытых дверей?
– Да. На Фрэин класс легла ответственность за подбор музыки. У них там вроде как есть своя рок-команда.
– Из твоего класса кто-нибудь задействован в постановке?
– Не-а. В основном ребята из одиннадцатых и двенадцатых классов, мы типа еще новенькие и не проверенные временем. Приходите с Тахоми на спектакль.
– Кстати, спасибо. – Эваллё обернулся через плечо и улыбнулся. – По субботам в гимназии ведь нет уроков, чем же ты был занят всё утро?
Маю бросил на него недовольный взгляд, так и говорящий, что в чужие дела нос совать вредно.
– Ёо-ой! – Братишка чуть не улетел вниз со склона вместе с велосипедом, но вовремя притормозил ногой.
– Давай-ка, я поеду с краю, а то, боюсь, ты себя угробишь.
– Я – настоящий ас в этом деле! – объявил Маю весело, проехав вперед.
Эваллё быстро нагнал «гонщика», подлетев сзади.
– Уходи с края! Либо я тебя протараню, либо ты сам свалишься.
Мальчишка хмыкнул и погнал вперед на высокой скорости, какую только смог выжить из старого велика.
– Да не беспокойся! Я хорошо езжу. Цвет волос натуральный, заметь.
– Твоя беда не в том, что ты гонишь по трассе, не разбирая дороги, а в том, что паршиво держишься в седле.
– Валь, не будь нудным!
