Глядя то на злосчастный стакан, то на испорченный ноутбук, Фрэя не знала, смеяться ей или попытаться сохранить серьезное лицо.
Какое-то время брат ошарашено глядел на залитую молоком клавиатуру.
– Твою же мать!
Привлеченная шумом, из кухни выбежала Тахоми. Яростно выдохнув, Маю скрестил руки на груди.
– Маю, о, Господи! – схватилась за сердце. – Как же ты закричал!.. Решила, серьезное что-то стряслось!
– А это не серьезное?! Это мой ноутбук!
– Давай его феном, – предложила девушка, склоняясь над ноутбуком. – А просохнет – попробуем включить.
– А я тебя предупреждала – отставлять питье подальше. Ты сам не захотел меня слушать.
– Всё, проверил почту, – Маю откинул голову на спинку дивана. Потом с омерзением опустив липкий ноутбук на стол, прихватил стакан как опасное насекомое – там еще оставалось на дне. – Ну что за день такой?!
– Помнишь пароль? Зайди с моего на почту, я еще не укладывала компьютер, – потирая озябшие локти, сказала Фрэя. – Это такая проблема?
Позже, когда она очистила клавиатуру, вытерла и подсушила феном, девушка поднялась к себе в комнату.
– Открылась?
– Нет.
– Почему нет? Пароль правильно набрал?
– У меня прекрасная память на числа.
– Тогда в чем дело?
– Вот если бы мне кто сказал.
Навалившись брату на плечо, Фрэя склонилась к экрану монитора.
– Твою почту будто зачаровал кто-то. Ладно, в таком случае позвони ему.
Маю поднял со стола мобильный, удерживая тот двумя пальцами, повертел в воздухе.
– Он, что же, и телефон свой оставил?
Девушка вскинула лицо. На полке над монитором стоял будильник. Не лучшее время для обзвона друзей. Третий час.
– Во сколько вылет?
– Ровно в два. – Она вновь нагнулась к экрану. – Не понимаю, почему она тебя не впускает… Ты что-то намудрил в настройках?
– Может и так. Хакер из меня фиговый, – Маю сделал упор на последнем слове.
– А ты пробовал открыть почту Эваллё?
– Уже, но это бессмысленно, потому что он удаляет свои письма сразу после того, как отсылает. Кстати, он и жесткий диск отсоединил. Сейчас вся информация скачивается на (C:).
– От тебя прячет, наверное, – развеселилась девушка. – Да ты сам подумай, если бы в письме содержалось что-то срочное и супер-пупер важное, Эваллё бы наверняка не стал удалять его сразу же, разве это не закономерно?
– Ладно, по любому он скоро вернется, тогда и всякая надобность в почте отпадет.
Когда они с Маю спустились в гостиную, Тахоми перечисляла всё, что думает о загулявшем племяннике, и это в присутствии постороннего человека. Оскорбление старшего брата при чужом человеке – казалось, не только Фрэю это привело в негодование.
– Иногда он просто копирует поведение своего отца. Я устала от этого!
Янке баловалась с зажигалкой, что просто выводило из себя мальчишку, пока он не отобрал эту ненавистную зажигалку.
– Что?! – обиженно воскликнула Янке. – Хотите, чтобы я тоже что-то сказала? – сразу заленилась та, доставая вторую зажигалку, точную копию первой. – Должно быть, наш чувствительный Эваллё устал от ругани.
– Да заткнись ты! – шикнул на неё Маю. – Ты бы хоть не лез, и без тебя тошно!
Громко топая, Тахоми вышла на середину комнаты и, всплеснув рукой, указала на племянника:
– Прекрати! Он… она такой же член нашей семьи, как и твой брат!
– А вот фиг вам! Этому провокатору никогда не сравниться с моим братом, – пылко заявил мальчик.
– Не смей грубить Янке! Чтобы я больше не слышала, как вы пререкаетесь! Понял меня, Маю?
– Но почему?! – проигнорировав вопрос, подорвался Маю. – Мой брат не доверял ему, так почему я должен доверять?!
– И что, стало быть, брат для тебя пример для подражания? Всё, замолчи! Извинись перед Янке! Маю, извинись!
– А я тебе отвечаю! Я сказал только не совать нос, куда не следует! Я не прав, что указал ему на свое место?
– Так значит, да? Не станешь делать того, что я тебе говорю? Я надеялась, что встречу понимающего человека, а встретила здесь ребенка.
Слова Тахоми стали последней каплей – нечто похожее отец произнес незадолго до проклятого дня отъезда, оттого прозвучало вдвойне больнее.
– Объясни, какое право ты имеешь орать на меня?! А если ударишь меня, Сатин тебе потом голову оторвет!
– Всё хватит! – она подняла руку, пресекая попытку Маю высказаться. – Ты прекрасно осведомлен, что он не вернется! Твой отец пропал в джунглях! Его не смогла найти целая бригада людей, которым приходится заниматься поисками всю жизнь!
– Послушай тебя, так мы должны стыдиться и скрывать, что произошло с родителями! Как будто они сами виноваты в произошедшем!
– Мы не знаем, кто в этом виноват – давай не будем строить догадки.
– У меня больше нет родителей, а ты и довольна, – сбивчиво пробормотал Маю, словно сбил дыхание от спора. – Только не думай, пожалуйста, что за наш счет ты сможешь устроить достойную жизнь.
– Майре! Я не желаю выслушивать от тебя весь этот вздор! За наш счет… за чей – «ваш»? Вы собрали капитал? В вас можно делать вложения?
Янке «сбежала» от разговора первой, и Фрэя проводила ту недоуменным взглядом.
– Будешь скучать по снегу? – неожиданно донесся из-за спины её тихий, спокойный голос.
