Участники сорвались с места. Зрители взорвались оглушительным ревом. Бежать по скользкой мокрой дорожке было невозможно, и участники попадали. Раздался первый взрыв хохота. Копошась руками и ногами, они толкали друг друга, пытаясь подняться, соскальзывали и шлепались. Первый номер проехался вперед и оказался на второй беговой дорожке, Эваллё попытался подняться, третий случайно вытянул ногу, и Холовора рухнул на него сверху, четвертый, молоденькая девушка, сделала пару несмелых шагов вперед к первому препятствию. Но в неё попала вода из шланга, и девушка поскользнулась, шлепнулась на попу и распласталась на полу. О её раскиданные ноги споткнулся номер три, который вместе с Эваллё умудрился подняться. Оба шлепали голыми ступнями по воде.
Фрэя вскочила на ноги и, пытаясь перекричать болельщиков, сложила ладони рупором:
– Эваллё, давай!
– Гони, братец!! – завопил Маю.
Янке улюлюкал и махал рукой.
– Номер два выходит вперед, он преодолевает первую преграду! Номер один ползет на коленках, бодает номера второго, номер два опрокидывается на номер один! Номер четыре оказывается на третьей дорожке, перелезает первую преграду, падает на живот и скатывается с горки! Номер два скользит на ногах со второй горки! Номер четвертый вырывается вперед! – ведущая прыгала и покачивалась из стороны в сторону в такт аплодисментов.
С противоположных трибун пару человек катались в истерике, судьи ухахатывались. Фрэя смотрела с открытым ртом, Маю рыдал от смеха.
Эваллё упал на живот, сверху приземлился номер один, номер четыре забежала дальше всех, однако номер три пошел по её следам и, споткнувшись о её ноги, вместе с ней покатился обратно, затормозив о спину номера два и попу номера один. Разгребая руками воду на бледно-оранжевой площадке, номер три «поплыл» вперед, но оказалось, что у него на пятках сидит номер четыре. Эваллё обошел кучу-малу и по свободной первой дорожке, как на коньках, на своих мокрых подошвах пересек пару метров, осторожно взбираясь, оказался на вершине третьей горки, но тут кто-то схватил его за щиколотки, видимо, пытаясь таким способом подтянуться, и Эваллё уселся ему на лопатки, вертаясь на поле, они вдвоем съехали назад, опрокинув номер четыре. Девушка свалилась на Эваллё, только пятки сверкнули, Холовора погреб под собой несчастного, схватившего его за ноги. Оставшийся в одиночестве прошмыгнул вперед, оскальзываясь, спотыкаясь и шлепаясь, перебрался на финишную прямую. Натужно улыбаясь, он корчил рожицы, пытаясь забраться по наклонной. Эваллё перелез соперников и, словно на доске для сёрфинга, съехал с третьей горки и полетел лицом вниз. Участники хохотали. Кто-то из жюри утирал слезы платком.
Лежа на животе и брыкая ногами, Эваллё снова и снова съезжал с покатой дорожки. Номер три догнал номер два и четыре, забрызгав их водой. Девушка в первом ряду сложила руки в молящемся жесте. Янке хлопал в ладоши и хохотал.
Все четыре участника дружно завалились.
– И-и… номер четвертый!! Победил номер четыре! – ведущая повернулась к табло, на котором победившая девушка балансировала на скользкой площадке.
Номер один так и не смог подняться, спотыкаясь об собственные ладони. Эваллё смеялся, доставая из-под себя руку номера третьего.
– Янке, тебе тоже надо поучаствовать! Это так весело! – Фрэя помахала брату рукой. Эваллё послал им воздушный поцелуй.
Комментатор говорила по-японски, но Янке прекрасно понимал каждое слово. Ему не составило труда выучить японский язык и сдать экзамен, который в свое время сдавали Тахоми и Эваллё. Теперь он точно знал, что хочет остаться в этой стране.
С тех пор, как Эваллё поступил в университет, прошло около месяца. Большую часть времени он проводил в учебных корпусах и на спортплощадке, после занятий играл с друзьями или смотрел, как Маю репетирует с группой. Благодаря своим успехам Эваллё быстро выбился вперед, работу свою он тоже не бросил, дома появлялся редко. Янке хранил их секрет. В первую очередь, из-за Фрэи, если прольется слух об их отношениях, Эваллё попросят удалиться, а она не перенесет разлуку со старшим братом, точно так же, как и горе младшего. Ко всему прочему Янке не хотелось травмировать девушку этой новостью. Он молчал, потому что не хотел ломать их будущее, хотя они сами вели себя к этому, с каждым взглядом, прикосновением, они были всё ближе к краю. Он молчал из-за Тахоми, которую нельзя было беспокоить по пустякам. Быть может, Эваллё ожидал, что Янке расколется, ведь он так не любил старшего отпрыска Холовора, казалось бы, он только и думает, как бы донести на парня.
Янке продолжал наблюдать за старшим братом. За его высокими результатами и достижениями. Наверное, Эваллё всё же сумел преодолеть барьер и превзойти свою слабость, из-за которой прогуливал уроки физкультуры в школе. Янке любил наблюдать за ним, когда Холовора нарезал круги на стадионе под оранжевым небом, потом за ним заходил Маю, они уходили, взявшись за руки, Янке оставался сидеть в одиночестве. То были минуты, принадлежащие двум братьям.
